Тоталитаризм первой половины XXI века – постдемократический, англо-саксонский

Украинский кризис обнажил острейшую проблему развития современного мирового сообщества – реанимацию тоталитаризма, подобного тому, каким он был в первой половине XX столетия в нацистской Германии, но уже не в рамках отдельно взятого государства, а на глобальном уровне.

Американские политики и аналитики, убеждая всех и вся, в том, что только США являются носителями единственно верной системы ценностей, сами не заметили того, что стали апологетами уже нового тоталитаризма –англо-саксонского или «западнистского» (по терминологии А.А. Зиновьева [6]).

При этом, в отличие от нацистского, ориентированного на расовую исключительность, современный англо-саксонский тоталитаризм утверждается под лозунгами защиты демократии, прав и свобод граждан, открытого общества, утверждения принципов толерантности, плюрализма и иных демократических ценностей, на протяжении последних 200 лет являющихся доминантами общественного развития. Эти процессы, так и не достигнув пика своего развития, трансформировались в свою противоположность – утверждение закрытого «элитарного» мегаобщества с совершенно иными, противоположными нормами, ценностями и устоями.

Открытое общество строится только для своих – стран коллективного Запада. Все те, кто не входит в эту западнистскую общность, должны нести бремя обеспечения его благополучия. Права и свободы граждан, в том числе и такие, как право на жизнь и здоровье, также не распространяются на все человечество, а исключительно только лишь на представителей коллективного Запада во главе с США. Это касается и других общепризнанных прав и свобод, закрепленных, в том числе Всеобщей декларацией прав человека ООН в 1948 году [2].

Столь же избирателен подход США и их союзников в отношении утверждения принципов гуманизма и других общечеловеческих ценностей. Все это действительно значимо только лишь в отношении представителей стран коллективного Запада и абсолютно ничтожно по отношению к гражданам других государств. При этом, навязав всему миру парадигму плюрализма для внутригосударственного пользования, США, тем не менее, не допускают никакого плюрализма, а тем более инакомыслия, когда речь заходит об их собственных действиях по утверждению глобального господства или тех процессах и явлениях, которые так или иначе затрагивают, как они считают, их национальные интересы.

Поэтому даже, если использовать сомнительное в научном плане определение Х. Арендт и ее последователей, созданное исключительно для характеристики советской системы, то аналогии с тоталитаризмом здесь вполне очевидны. Тоталитаризм, как считает Х. Арендт, предполагает тотальный, всепоглощающий контроль [1].

Именно это и проявляется в настоящее время во всех сферах жизнедеятельности мирового сообщества от экономики и политики до частной жизни отдельных частных лиц.

Утверждение тотального контроля началось после событий 9 сентября 2001 года, сопряженных с терактами в США, повлекших за собой гибель более 3 тысяч человек и разрушение одного из символов Америки – небоскрёбов Всемирного торгового центра.

Несмотря на то, что сама по себе террористическая атака вплоть до настоящего времени вызывает много вопросов в плане ее организации и осуществления, руководство США сумело, воспользовавшись шоком американского общества, провести на законодательном уровне мероприятия по ограничению не только общепринятых гражданских, но и конституционных прав и свобод американских граждан.

Так, в соответствии с так называемым Актом «О сплочении и укреплении Америки путём обеспечения надлежащими средствами, требуемыми для пресечения и воспрепятствования терроризму» 2001 года, более известном как «Патриотический акт», силовым структурам США были предоставлены полномочия по вмешательству в частную жизнь граждан. В частности, полному контролю могли подвергаться телефонные переговоры, СМС-переписка, а также электронная почта любого гражданина, если спецслужбы сочтут необходимым данные действия в связи с обеспечением национальной безопасности. ФБР получило право проверять также, какие книги берёт в библиотеке подозрительный гражданин, какие сайты посещает с компьютеров, установленных в общественных местах, а также запрашивать любую дополнительную информацию о лице в других государственных и коммерческих учреждениях.

Таким образом, администрации США удалось протащить с помощью «Патриотического акта» целый ряд мер, которые до той поры рассматривались как нарушение основ американской демократии. После событий «911» они для американцев стали вполне приемлемыми.

Данные действия – утверждение тотального контроля и вмешательства в частную жизнь – в последующем получили развитие и на глобальном уровне. С этой целью США совместно с Британией, Канадой, Австралией и Новой Зеландией создали систему глобального электронного шпионажа «Эшелон». Система предназначена для перехвата и анализа телефонных переговоров, факсов, электронных писем и других информационных потоков по всему миру путём подключения к каналам связи, таким как спутниковая связь, телефонная сеть общего пользования, СВЧ-соединения. Примечательно, что по своему составу система «Эшелон» – англо-саксонская. Ни Францию, ни Германию, ни других союзников и клиентов более мелкого калибра США к участию в ней не пригласили. Это означает, что эти страны, хотя и являются их союзниками, но все же союзниками второго плана, доверие к которым со стороны США весьма ограниченно. Более того, периодически эти страны, их официальные лица и структуры являются объектами разработок американских спецслужб. Достаточно вспомнить скандал, связанный с прослушкой ЦРУ канцлера Германии А. Меркель, президента Франции Ф. Оланда и других официальных европейских союзников США.

Наиболее значимой спецификой современного тоталитаризма является то, что он носит глобальный характер. Если в тоталитарных государствах XX века, каковыми, конечно же, были и нацистская Германия, и фашистская Италия, а также политические системы Чили, Никарагуа, Гватемалы, Гаити, Гондураса и ряда других стран так называемого «заднего двора» США, его проявления носили локальный национальный или региональный характер, то с 1991 года, с момента окончания «холодной войны», начинается новый этап в развитии тоталитаризма – глобальный. Во многом это было определено спецификой глобализации, предопределившей не только свободу перемещения товаров, услуг, финансов, людей и информации, но и жесткий глобальный контроль над этими процессами. В этом и проявляется один из основных признаков тоталитаризма – тотальный контроль.

Важнейшей спецификой современного тоталитаризма является также и то, что он по своей сути является англо-саксонским. В XXI столетии принципы формирования Союза англоязычных стран, озвученные Черчиллем в его фултоновской речи «Мускулы мира» [12] 5 марта 1946 года, получили практическую реализацию. Контуры того «братского союза англоязычных стран», под которым У. Черчилль имел в виду особые отношения между Великобританией и Британским Содружеством наций, с одной стороны, и Соединенными Штатами Америки, с другой, обозначились уже к концу XX столетия. В начале XXI века с момента вторжения американо-британской коалиции в Ирак в марте 2003 года он стал реальностью. В настоящее же время на уровне коллективного Запада происходит постепенная сепарация и выделение его англо-саксонского ядра со своими особыми интересами, целями и задачами.

Очевидными проявлениями нового англо-саксонского тоталитаризма является диктат США во взаимоотношениях с субъектами международных отношений, в рамках которых целенаправленно внедряется принцип «кто не под эгидой США, тот против них». Именно этим объясняется весьма сдержанное отношение США к Франции, Германии, Венгрии и ряду других стран в противовес к более чем благоприятному их отношению к Польше, Украине и странам Балтии, поскольку те открыто демонстрируют свою лояльность США и готовность идти на любые жертвы ради американских интересов.

Права государств – союзников США – оказались существенно урезанными, прежде всего, в политико-правовой сфере. В частности, например, это касается основополагающего принципа международных отношений – права на суверенитет. Единственное право, которое действительно предоставляется странам коллективного Запада – это право на сравнительно высокий уровень жизни, достигаемый в основном за счет эксплуатации и ограбления населения других стран, манипулирования финансовыми потоками, продовольствием и другими ресурсами. Но и это, как показывают события в Греции, Испании, Португалии, Болгарии, Румынии и некоторых других странах Еврозоны с неустойчивой экономикой, гарантируется далеко не всем, по крайней мере, в равной степени.

Таким образом, страны коллективного Запада, стремившиеся во что бы то ни стало войти в состав «золотого миллиарда», фактически оказались в «золотой клетке», делегировав право на суверенитет вышестоящим структурам – администрации США.

Для союзников США и Британии, не относящихся к англо-саксонскому клубу избранных, создаются иллюзии равноправия и их суверенности, особенно в сфере военной и внешней политики.

На достижение этого направлено проведение различного рода саммитов и консультаций (G-7, НАТО, ЕС), носящих, как правило, ритуальный характер. Их главным предназначением является демонстрация солидарности и единства в принятии тех или иных решений. На самом же деле лидеры европейских государств и правительств ставятся в весьма жесткие рамки в плане согласования принятых США решений. Редко кто из лидеров европейских государств осмеливается позиционировать свое несогласие, даже если это противоречит национальным интересам стран, которые они представляют.

Все дело в том, что лица, облеченные полномочиями власти на государственном уровне, по сути уже не являются главами государств и правительств, а являются своего рода, топ-менеджерами, основным предназначением которых является исполнение политической воли руководства США. Анализ развития последнего десятилетия дает основание полагать, что времена, когда во главе государств и правительств Европы находились лица, для которых национальные интересы своих государств и народов были превыше всего уже, прошли.

Это позволяет предположить, что США удалось выстроить систему рекрутирования политической элиты европейских стран, главным критерием которой является лояльность американским национальным интересам. А для того, чтобы эта система не давала сбоев, ЦРУ и АНБ «Большого брата» установило режим тотальной слежки не только за высшими должностными лицами союзных им государств, но и чиновниками более низкого уровня, а также гражданами, в той или иной мере вовлеченными в сколь-нибудь значимые политические процессы этих стран.

В этом и заключается феномен единого антироссийского фронта, сформированного в Европе в настоящее время. И этот фронт будет действовать исключительно в интересах США, даже если это будет противоречить национальным интересам европейских стран и народов. Последствия же такой безоговорочной и тотальной поддержки большинством стран Европы политики очередного претендента на гегемонию вполне предсказуемы – не только окончательная утрата суверенитета, но и политическая и в целом системная цивилизационная деградация. Но это уже будет окончательный закат Европы [3, с. 51]. В этой плане, конечно же, ни о каком суверенитете, политическом, экономическом, социальном, духовном и т.д., речи быть не может.

События на Украине – стали триггером глобального конфликта коллективного Запада против России. Современное мировое сообщество вступило в новую фазу не только и не столько «холодной войны – 2.0», сколько англо-саксонской «Большой игры – 2.0» (по аналогии с соперничеством Англии с Россией за гегемонию в Центральной Азии, которое длилось с первого десятилетия XIX – до начала ХХ века), предполагающей очередной передел мира в интересах союза англоязычных стран.

Сама по себе Украина, после 2014 года окончательно превратившаяся в неофициальную подмандатную территорию США, фактически стала полигоном прокси-войны (опосредованной войны) против России, которую они ведут на чужой территории с использованием вооруженного потенциала другого государства – Украины.

Англосаксы умудрились подчинить своей «игре» не только Украину, но и все евроконтинентальное сообщество, которое не только поддерживает и обеспечивает условную легитимацию деятельности киевского режима, но и вовлечено в финансирование и осуществление военных поставок в зону конфликта, тем самым противопоставляя себя России.

От стран коллективного Запада в этой «игре», судя по заявлениям официальных лиц администрации Дж. Байдена, требуется всесторонняя поддержка киевского режима в его вооруженном противостоянии России «вплоть до последнего украинца». Это они и реализуют на практике, оказывая не только поддержку и помощь, но и фактически обеспечивая жизнедеятельность киевского режима как в плане политико-дипломатического прикрытия, так и его финансирования и поставок тяжелых вооружений.

При этом глав и правительств, позиционирующих себя демократическими и цивилизованными, не смущает ни откровенно неонацистский характер киевского режима, ни заведомо очевидные противоречия этой своей поддержки национальным интересам своих стран и даже очевидная неправомерность этих действий и их несоответствие нормам международного права.

В результате действий США и их союзников по антироссийской украинской коалиции фактически не осталось ни одной нормы международного права, которая не была бы ими порушена. Взамен норм международного права коллективному Западу предложены законы США, такие как «Акт о поддержке свободы Украины 2014 года» и ему подобные документы, определяющие введение различного рода санкций не только против России, но и против всех тех, кто намерен выстраивать с ней конструктивные отношения.

По сути, произошло то, о чем говорил на Мюнхенской конференции 2007 года Президент Российской Федерации В.В. Путин: «… чуть ли не вся система права одного государства, прежде всего, конечно, Соединенных Штатов, перешагнула свои национальные границы во всех сферах: и в экономике, и в политике, и в гуманитарной сфере – и навязывается другим государствам» [5].

Начиная с печально известного исполнительного указа президента США Б. Обамы от 6 марта 2014 года, в соответствии с которым были введены санкции против российских официальных лиц и организаций, «угрожающих суверенитету и территориальной целостности Украины», против России было введено более 6 тысяч различного рода санкций. По своему количеству и содержанию они являются беспрецедентными. При этом под угрозой санкций оказались все структуры и образования, вплоть до отдельных государств, стремившихся выстраивать с российскими финансовыми, социально-экономическими, культурными, гуманитарными и иными субъектами, что спровоцировало массовый исход из социально-экономической сферы России зарубежных компаний, банков и предприятий.

А это и есть диктат – своего рода проявление тоталитарных способов воздействия не только на противника, но и на своих союзников.

При этом США настолько увлеклись санкционной антироссийской политикой, что не заметили, как перешли грань законности, основ не только международного, но и своего национального права. Это касается, в частности, заморозки и изъятия собственности у Российской Федерации и частных лиц, так или иначе связанных с ней.

Все это своего рода «Дежа вю», поскольку подобного рода экспроприации уже имели место в политической практике тоталитарной нацистской Германии. Сейчас они с новой силой и новым содержанием проявляются в политике постдемократических США и их союзников по коллективному Западу. И это при том, что 5-ой поправкой к Конституции США зафиксировано, что «…частная собственность не должна изыматься для общественных нужд без справедливого вознаграждения». Иными словами, частная собственность в США провозглашена священной и неприкосновенной. Очевидно, что эта конституционная норма для США стала декларативной. Реальность свидетельствует о том, что священным для США является ослабление России, нанесение ей стратегического поражения и утверждение своего глобального господства. Главный лейтмотив всей их внешнеполитической стратегии заключается в реализации идеи фикс «Карфаген должен быть разрушен». Под Карфагеном они, конечно же, понимают Россию. Хотя на самом деле Карфаген в Античном мире был, по сути, пиратским государством, жившим за счет других стран, то есть таким же, как и США, но 23 века назад. И все это делается во имя защиты демократии и свободы (применительно к современному этапу) Украины.

Особую значимость обретает тот факт, что идет процесс солидаризации с откровенно неонацистским режимом, каковым в полной мере стал режим власти В. Зеленского. С его приходом к власти киевский режим обрел качества тоталитаризма с элементами лицедейства.

За три года его нахождения у власти были закрыты не только оппозиционные, но и ряд проправительственных СМИ, не отражавших в полной мере точку зрения В. Зеленского. Даже телеканалы, контролируемые экс-президентом страны П. Порошенко, попали под санкции СНБО Украины и вынуждены были прекратить свое вещание. Тем самым окружение В. Зеленского обеспечило полный контроль информационной сферы в стране и подачи новостного контента как населению Украины, так и внешним акторам.

Реальностью Украины является чрезвычайно высокий уровень внесудебных расправ и насилия со стороны спецслужб, а также различного рода иррегулярных формирований, созданных режимом (националистические батальоны, батальоны территориальной обороны и т.д.) по отношению к населению страны. Отмечается всплеск насилия на бытовом уровне. В ряде городов Украины получили развитие самосуды над лицами, подозреваемыми в тех или иных преступлениях или недостаточном украинском патриотизме.

Ложь, беспринципность и провокации стали, по сути, визитной карточкой В. Зеленского и его окружения. Придя к власти на фоне обещаний достижения мира на Донбассе, В. Зеленский, более чем кто-либо иной из представителей киевского режима, способствовал эскалации напряженности и провоцировании вооруженного конфликта на территории Украины. Само по себе военное положение в стране В. Зеленский использовал для укрепления режима личной власти. Фактически он уже стал диктатором, что вполне устраивает руководство США. По всей видимости, в лице В. Зеленского они нашли очередного того самого «сына». В данном случае имеется в виду фраза, приписываемая президенту США Ф. Рузвельту в отношении диктатора Никарагуа «Сомоса возможно и сукин сын, но это наш сукин сын» [10], по образу и подобию латиноамериканских диктаторов, таких как А. Сомоса, Ф. Дювалье, А. Пиночет и других, с помощью которых США обеспечивали свой контроль над странами Латинской Америки. К тому же В. Зеленский был замечен в употреблении наркотиков, а это значит, он вполне управляем и этим, очевидно, пользуются его кураторы.

Таким образом, страны коллективного Запада поддерживают не Украину, а тот, по сути, тоталитарный режим, утвердившийся в стране после государственного переворота 2014 года и обретший все признаки неонацистского в период диктаторы В. Зеленского. Более того, практикуемые вооруженными формированиями Украины заложничество и использование мирного населения в качестве «живого щита» в ходе боевых действий, нанесение ракетно-артиллерийских ударов по жилым массивам населенных пунктов Украины и Донбасса, пытки и издевательства над военнопленными и гражданскими лицами – все это является свидетельством того, что киевский режим обретает все более характер террористического образования, подобного «ИГИЛ» (деятельность организации запрещена на территории Российской Федерации).

В этом плане вполне объяснимо то, что этот режим поддерживается США. Поддержка же неонацизма на Украине со стороны европейских стран, познавших на себе оккупацию нацистской Германии в период Второй мировой войны объясняется их неспособностью противостоять давлению со стороны США и примкнувшей к ним Британии.

При этом в украинский кризис и поддержку киевского неонацистского режима вовлечены также Австрия, Финляндия, Швейцария и Швеция, до последнего времени являвшиеся нейтральными государствами. Тем не менее страх оказаться вне коллективного Запада вынуждает эти некогда самодостаточные нейтральные государства Европы подключиться к антироссийской политике.

Все это ведет к тому, что страны Европы под эгидой доминирующих над ними США и сумевших подчинить их своей политической воле, фактически утрачивают свою политическую субъектность и становятся просто географическими понятиями – Украиной, Польшей, Балтией и т.д., подобно тому как американский штат Делавэр, сенатором от которого долгое время был Дж.Байден, является лишь напоминанием об одноименной индейской народности, истребленной американцами в XIX веке. И если на рубеже 30-х – 40-х годов XX столетия Европа окрасилась в коричневый цвет, то сейчас она практически полностью стала звездно-полосатой, англо-саксонской, тоталитарной.

Характерным признаком тоталитаризма является также и насаждение «единственно верной» идеологии. Применительно к текущей ситуации таковой, единственно верной, является идеология «демократических ценностей» в англо-саксонской (американской) интерпретации.

Между тем сам по себе феномен «демократии», трактовка которой, по сути, была узурпирована представителями истеблишмента США, давно уже превратилась в идеологему, для утверждения которой в сознании людей используются все допустимые и недопустимые средства и способы, в том числе и манипулятивные технологии. Это обусловлено тем, что, как отмечал А.А. Зиновьев, «эволюция западного мира скрыта мощным покровом идеологической и пропагандистской дезинформации и лжи, которые превосходят таковые времен гитлеризма как по техническим средствам и масштабам, так и по интеллектуальной изощренности и лицемерию» [6].

С учетом того, что американские СМИ не имеют равных в мире по количеству, разнообразию и техническим возможностям они, по сути, являются мировыми. Эти их глобальные возможности в полной мере используются для насаждения в мире позитивного образа как самих США, так и той модели «демократии по-американски», которую они утверждают на практике в различных регионах Планеты и дискредитации своих соперников, конкурентов и партнеров.

Для продвижения на практике своей модели демократии и обеспечения посредством этого своего господства или, по крайней мере, доминирования в том или ином регионе мира США активно используют также средства насилия, в том числе вмешательство во внутренние дела суверенных государств. По данным специалистов только за последние полвека США вмешивались во внутренние дела 50 стран посредством агрессии и интервенции [9].

В то же время применение средств вооруженного насилия с целью утверждения своей модели «демократии» возможно лишь тогда, когда американское руководство уверено, что сопротивление будет незначительным или же не будет сопряжено со значительными потерями.

В противном случае делается ставка на ослабление своего противника, в том числе посредством его дискредитации и создания по отношению к нему недружественного или даже враждебного окружения. Это в общем-то и реализуется в отношении Российской Федерации, причем на протяжении уже длительного периода, по крайней мере, с 2008 года. Тогда, в августе 2008 года, США фактически вынудили грузинское руководство осуществить агрессию против Южной Осетии с тем, чтобы проверить реакцию России. После поражения Грузии в пятидневной войне и принуждения ее к миру процесс дискредитации России, ее институтов и граждан принял целенаправленный, системный и комплексный характер. Начиная с попыток пересмотра итогов Второй мировой войны и обвинений СССР в ее развязывании и, соответственно, ответственности Российской Федерации как его правопреемницы, героизации пособников нацизма и заканчивая травлей российских спортсменов на Олимпиадах и других международных соревнованиях, запрета использования гимна и других символов российской государственности на протяжении длительного периода, шла целенаправленная дискредитация и демонизация России, ее народов и ее граждан.

Все эти процессы чрезвычайно обострились в период эскалации украинского кризиса. Особую роль в этом плане играет реализация концепции «культуры отмены». Зародившаяся в США и распространившаяся по всему Старому Свету эта «культура», предполагающая обструкцию традиционных и утверждение паранормальных ценностей стала едва ли не основным трендом общественного развития последнего времени. Первой жертвой ее утверждения стали граждане США и стран коллективного Запада придерживавшиеся традиционных ценностей. На протяжении ряда лет, сторонники традиционных ценностей в этих странах подвергались обструкции и преследованию как расисты, гомофобы, лица, не соответствующие стандартам демократического общества. Одновременно с этим осуществлялось культивирование и насаждение различных суррогатов общественных отношений, в том числе ЛГБТ-идеологии, различного рода девиаций, нетрадиционных культов и др., подобно тому, как во второй половине XX столетия, насаждалась сексуальная распущенность и осуществлялась пропаганда наркотиков.

Вполне закономерно, что именно Россия, провозгласившая приоритет традиционных ценностей, оказалась на пути распространения этих суррогатов и их расползания тоталитаризма по другим, еще не пораженным ими регионам мира. Именно этим объясняется та ожесточенность, посредством которой США и их союзники по коллективному Западу посредством технологий «культуры отмены» стремятся отменить все то, что связано с Россией, ее историей, культурой, ее настоящим и будущим. Все это позволяет констатировать, что современная идеология США и коллективного Запада – это и есть «культура отмены», «культура» переформатирования массового общественного сознания с целью обеспечения его контроля для достижения целей господства. Понимание этого чрезвычайно важно для выработки соответствующих мер для нейтрализации и противодействия этой идеологии, а, следовательно, и попыткам расползания утвердившегося в Старом Свете англо-саксонского тоталитаризма.

Литература

  1. Арендт Х. Истоки тоталитаризма. М.: ЦентрКом, 1996.
  2. Всеобщая декларация прав человека. Принята резолюцией 217 А (III) Генеральной Ассамблеи ООН от 10 декабря 1948 года. https://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/declhr.shtml.
  3. Бочарников И.В. Украинский закат Европы // Конфликтология. 2014. № 1. С. 51.
  4. Бочарников И.В., Овсянникова О.А. Национальные интересы Российской Федерации в контексте формирования современного миропорядка. В книге: Научные труды ученых 1 отделения – Отделения общих проблем войны, мира и армии Академии военных наук. Москва, 2022.
  5. Выступление и дискуссия на Мюнхенской конференции по вопросам политики безопасности. http://www.kremlin.ru/events/president/transcripts/24034.
  6. Зиновьев А.А. Идеология партии будущего. М.: Алгоритм, 2003.
  7. Карпович О.Г., Гришанов А.А. Российско-американские отношения при администрации Дж. Байдена: надежды и реальность // Международная жизнь. 2022. № 2. С. 34-47.
  8. Карпович О.Г., Манойло А.В. Политика многополярности: новые вызовы и угрозы. Москва, 2020. (2-е издание, с изменениями и дополнениями).
  9. Мировой агрессор: США вмешивалась в дела 50 стран свыше 130 раз. https://pogovorim.mirtesen.ru/blog/43932818387.
  10. Оруэлл Дж. 1984. М. Эксмо, 2022.
  11. Словарь крылатых слов и выражений. https://dic.academic.ru/dic.nsf/dic_wingwords/3110.
  12. Черчилль У. Речь 5 марта 1946 г. в Фултоне // Мускулы мира. М., 2003.

Бочарников Игорь Валентинович

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.