Учения российских флотов в Черном море: ответ на экспансию НАТО

Турецкая концепция Mavi Vatan: черноморское измерение

9 января в Черном море под наблюдением Верховного главнокомандующего Владимира Путина и министра обороны Сергея Шойгу проводились совместные учения Черноморского и Северного флотов с привлечением более 30 кораблей, подводной лодки и более 40 летательных аппаратов Военно-Космических Сил России. Черноморский флот был представлен фрегатами «Адмирал Григорович», «Адмирал Макаров», малыми ракетными кораблями и ракетными катерами «Орехово-Зуево», «Набережные Челны», «Ивановец», большими десантными кораблями «Цезарь Куников» и «Азов», патрульными кораблями «Дмитрий Рогачев» и «Василий Быков», подводной лодкой «Колпино», малыми противолодочными кораблями и морскими тральщиками. Северный флот – ракетным крейсером «Маршал Устинов» (на борту которого был развёрнут походный штаб) и большим противолодочным кораблём «Вице-адмирал Кулаков». Также в тренировках принимали участие экипажи многоцелевых истребителей Су-30СМ, фронтовых бомбардировщиков Су-24М и стратегических бомбардировщиков-ракетоносцев Ту-95. Непрерывное визуальное наблюдение обеспечивалось летательными беспилотными аппаратами.

 

Экипажами участвующих в учениях кораблей выполнялись пуски крылатых ракет «Калибр» дальностью до 2600 километров, а также противокорабельных ракетам «Москит». Боевые расчеты берегового ракетного комплекса «Утес» Черноморского флота выполнили два ракетных пуска по целям, имитирующим корабли условного противника. Пара истребителей МиГ-31К применила гиперзвуковую аэробаллистическую ракету Х-47М2 «Кинжал» по цели на одном из полигонов.

 

«Совместной корабельной группировкой во взаимодействии с береговыми войсками и ВКС отработаны учебно-боевые задачи по нанесению поражения корабельной группировке условного противника с применением ракетного вооружения»,

– отмечается в сообщении военного ведомства. Добавим к этому, что особое внимание пристально отслеживавшие учения западные СМИ обратили на развитие состоящих на вооружении российской армии гиперзвуковых систем.

Кроме того, как рассказал С. Шойгу,  Владимир Путин провел в Севастополе совещание по итогам научно-практической конференции «Российский Военно-морской Флот в XXI веке», в ходе которого напомнил о выделении на развитие ВМФ в последние годы значительных ресурсов. Уже в ближайшем будущем долю современных вооружений и техники ВМФ необходимо довести до 70 %. «И впредь руководство страны будет делать все для оснащения флота по последнему слову техники и укрепления статуса России как одной из ведущих морских держав», – процитировал Сергей Шойгу слова главы государства. Впрочем, как пишет К. Курылёв, несмотря на начавшуюся после 2014 года модернизацию флота, многие проблемы ещё не решены, и

«…Черноморский флот остаётся «прибрежным флотом» советских времён с ограниченными возможностями действия в открытом море. 37 единиц состава флота произведено до 1991 года (данные на 2018 год), что подчёркивает необходимость их замены. Но ввод в эксплуатацию, например, новых сторожевых кораблей осложнён необходимостью поиска новых поставщиков силовых установок вместо прежних украинских».

Через несколько дней в одном из черноморских морских полигонов экипаж малого противолодочного корабля «Касимов» провёл плановое учение по поиску и обнаружению подводной лодки условного противника. А 14 января вооруженный 8 пусковыми установками ракетного комплекса «Калибр-НК» фрегат «Адмирал Эссен» из состава постоянной группировки ВМФ России в Средиземном море провёл тренировку по противовоздушной обороне. «По легенде учения, система ПВО фрегата зафиксировала запуск крылатых ракет авиацией условного противника при подлете к кораблю в море. Расчет противовоздушной обороны фрегата «Адмирал Эссен» отработал алгоритм действий по отражению средств воздушного нападения», – говорится в сообщении пресс-службы ЧФ.

Ранее, 7 января, Президент России побывал с блиц-визитом в Дамаске, после чего провёл переговоры в Стамбуле с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, приняв участие в церемонии запуска первой линии газопровода «Турецкий поток». Крайне символично и то, что совместные мероприятия двух крупнейших флотов России совпали по  времени с беспрецедентным обострением ситуации на Ближнем Востоке и, в частности, вокруг Ирана. Не меньшую угрозу, причем уже в краткосрочной перспективе, представляют усилия официального Киева по организации так называемой «морской блокады Крыма».

В государственном учреждении «Госгидрография Украины» работают над созданием морского режимного района вокруг полуострова, цель которого – не допустить иностранные суда к берегам Крыма. Граница предполагаемого «режимного морского района» пройдёт по контуру полуострова на расстоянии 12 миль (более 22 километров), фантазируют в Госгидрографии Украины, ссылаясь на Конвенцию ООН по морскому праву.

«Действия Киева системно противоречат нормам международного морского права и принципам свободы мореплавания. Украинская власть, создавая проблемы российско-украинским отношениям, наносит существенный вред, прежде всего, интересам народа Украины»,

– отмечает сенатор Совета Федерации России от Крыма Ольга Ковитиди. Разумеется, в Киеве прекрасно осознают, что против российской армии полуразваленные военно-морские силы Украины бессильны, и можно предположить, что ставка будет делаться (и уже делается) на диверсионно-террористические операции и прочие провокации под прикрытием «старших товарищей».

Корабли НАТО в Чёрном море

«Черное море имеет стратегическое значение для НАТО. Альянс намерен продолжать усиливать свое присутствие в этом регионе. Три страны НАТО являются прибрежными государствами Черного моря – это Турция, Болгария и Румыния, еще две страны региона – Грузия и Украина – являются ценными партнерами НАТО»,

– подтвердил недавно Генеральный секретарь Альянса Столтенберг. Очередные учения «Нерушимая устойчивость – 2020» будут проводиться с 5 по 9 октября с целью отработки алгоритмов «действий в кризисных ситуациях, которые могут возникнуть в Черноморском регионе». По утверждению украинского посла в Вашингтоне Ельченко, в 2020 году Киев получит от Пентагона 250 млн. долларов, а ещё 50 млн. долларов будет выделяться при определенных условиях.

Не меньшее значение имеет взаимодействие с региональными союзниками, из которых наибольшее рвение проявляют Румыния и Болгария, при несколько более сложной позиции контролирующей Босфор и Дарданеллы Турцией. Так, заброшенная ещё в 2016 году через Бухарест инициатива о постоянном передовом присутствии НАТО в Черном море в конечном итоге была отклонена Анкарой.

«На встрече турецкие официальные лица подчеркнули, что стабильность в Черном море должна сохраняться (пункт 2.a); Деятельность НАТО будет поддерживаться в соответствии с ограничениями, наложенными Конвенцией Монтрё (пункт 2.b); и Россия не должна быть излишне спровоцирована (пункт 2.b), раскрываются военные протоколы. Турция является ключевой страной в Черном море, поскольку она контролирует вход и выход в море через систему проливов, которая включает в себя пролив Стамбул / Босфор, пролив Дарданеллы / Чанаккале и Мраморное море, соединяющее Черное и Средиземное моря»,

– сообщает издание Nordic Monitor. Отказ в проходе через проливы нескольким военным кораблям НАТО в Анкаре мотивировали действующим международным правом и имеющимися договорённостями, однако эксперты все чаще указывают на собственные амбиции этой влиятельной черноморской державы, активно развивающей военно-морские силы в рамках доктрины «Голубая Родина». В феврале 2019 года в акваториях Чёрного, Эгейского и Средиземного морей пошли крупнейшие учения Mavi Vatan-2019 с привлечением более сотни кораблей, высокотехнологичных систем вооружений, десятков тысяч военнослужащих и т.д.

Обладая протяжённой черноморской береговой линией, в последние годы Турция наращивает военное присутствие в этом регионе. В 2009 году тогдашний начальник турецкого Генштаба Илькер Башбуг сообщил о намерении создать военно-морскую базу в Трабзоне, и эти планы успешно претворяются в жизнь. В городке Сюрмене к востоку от древнего греческого Трапезунда возводится девятый логистический объект, на территории которого предполагается разместить 400 военных и 200 гражданских специалистов для обслуживания фрегатов и подводных лодок. Соответствующее решение было принято ещё в 2014 году, на фоне воссоединения Крыма с Россией, категорически отвергаемого официальной Анкарой. Строительство нового объекта укладывается в логику развития военно-морского флота Турции, уже в среднесрочной перспективе собирающейся пополнить число ведущих морских держав. В конце 2018 года, после организованного официальным Киевом «Керченского инцидента» (совпавшего по времени с завершением строительства подземного участка газопровода «Турецкий поток») некоторые СМИ упоминали о решении Анкары о военном патрулировании в северо-восточной части Черного моря с опорой на новый логистический центр. Один из турецких специалистов, охарактеризовав «создание базы в Сюрмене очень точным геостратегическим ходом», обозначил и следующие шаги – военно-морскую базу на [аннексированном] севере Кипра и крупную верфь в средиземноморском Мерсине.

Турецкие военные корабли на рейде Новороссийска в ходе учений Mavi Vatan-2019

Усиление присутствия турецкого ВМФ на Чёрном море может иметь разнонаправленные последствия. Напомним, и «августовская война» 2008 года, и «керченский инцидент» десятилетием позже стали поводами для посреднических инициатив Анкары, сопровождаемых усилением военной мощи Турции, в известной степени, автономной от западных союзников, что находит подтверждение также и в снижении технологической зависимости от США и Европы. Ведущие в Турцию подводные коммуникации, возможно, также нуждаются в защите, обеспечить которую можно только в тесном взаимодействии с Черноморским флотом России (так, в 2018 и 2019 гг. проводились совместные учения).

В то же время, дальнейшему росту напряжённости в Черноморском бассейне может способствовать фактическая утрата де-факто Конвенцией Монтрё силы после строительства на европейской части турецкой территории судоходного канала «Стамбул», усиленно продвигаемого действующим президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом. В мае 2016 года, на пике кризиса российско-турецких отношений, обращаясь в к генсеку НАТО, турецкий лидер утверждал: «Черное море стало почти что озером России. Если мы не будем действовать сейчас, история нам этого не простит». Конечно, после этого «утекло много воды», включая провалившийся военный переворот, приобретение турками российских систем «С-400», начало строительства АЭС «Аккую» и запуск «Турецкого потока», сложное взаимодействие в Сирии и отчасти в Ливии. Однако перспективы двустороннего диалога, несмотря на тесное переплетение экономических интересов, отнюдь не очевидны, особенно – «за горизонтом» нынешних доверительных личных отношений лидеров, слабо подкреплённых институционально. Несмотря на развивающийся диалог в решении острых региональных проблем на уровне министров обороны и иностранных дел,  Турция остаётся активным участником блока НАТО, предлагая принять туда Грузию и заявляя о совместимости российских зенитно-ракетных комплексов с американскими истребителями F-35.

До 2014 года общий тоннаж активно наращиваемого военно-морского флота Турции (97 000) превышал аналогичный показатель Черноморского флота России (63 000), сохранялось подавляющее превосходство в десантных судах (54 против семи) и подводных лодках (14 против 1). Модернизация российского флота постепенно меняет положение дел, и поддержание хрупкого баланса сил на Чёрном море на обозримую перспективу сложно представить без усиления военных возможностей российского флота, чему и впредь будет уделяться приоритетное внимание.

Андрей Арешев

Источник: “ВПА”.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *