Россия в вызовах глобализации

remarchukНапрасный труд – нет, их не вразумишь, –

Чем либеральней, тем они пошлее,

Цивилизация – для них фетиш,

Но недоступна им ее идея.

Как перед ней ни гнитесь, господа,

Вам не снискать признанья от Европы:

В ее глазах вы будете всегда

Не слуги просвещенья, а холопы.

Федор Тютчев. Май 1867. Избранное.

Даже не искушенному в политике человеку совершенно очевидно, что «международный фон», в котором сегодня живет Россия, весьма не благоприятен как для ее развития, так и для обеспечения безопасности.

Причина тому, сдвиг тектонических процессов в мировой политике и экономике, которые явились следствием разрушения Западом Ялтинско-Потсдамской политической системы, серьезных ошибок, допущенных при определении путей развития России. В свою очередь сущность нового мирового порядка можно определить как состояние «глобальной турбулентности», формирующее «эпоху быстрых перемен».

Перемены конца XX – начала XXI века демонстрируют очевидное изменение типа цивилизационного развития, с активным поиском новых стратегий, отличных от тех, которые применялись в межгосударственном общение ранее. При этом мы все больше фиксируем, что все происходящее в современной цивилизации, меняет ее базисные ценности. В такие периоды трансформаций нередко скорость и глубина социальных перемен бросают вызов человеку и человечеству в способности ориентироваться в окружающем мире, понять суть переживаемого этапа, обеспечить адекватные реальности ориентиры в понимании происходящего.

Между тем, на лицо факт главного конфликта эпохи глобализации и однополярного мира Россия – Запад. При этом конфликт можно по-разному масштабировать, поскольку масштаб конфликта, обуславливает его глубину, причину, источники устранения. Если конфликт считать между политическими элитами, его субъекты, соответственно Путин и Обама и их окружение. Но российская элита в этом конфликте не участвует в принципе, поскольку она практически не выражает своей позиции. Складывается впечатление, что большинство российской элиты уже входит в западный мир. Видимо именно этим объясняется восприятие элитой либеральной идеологии, в то время как основная часть российского населения привержена национальным и патриотическим ценностям. Подобная ситуация формулирует естественный вопрос: на чьей стороне российская политическая элита? Очевидно на стороне своих капиталов…

В тоже время, если рассматривать конфликт более глобально, напрашивается сравнение с ситуацией противостояния СССР и США времен «холодной войны», тогда сторонами конфликта выступают не только президенты двух стран, но и представляемые ими государства США и Россия.

Но ведь конфликт между геополитическими интересами России и Запада существовал и ранее. В таком случае, мы имеем дело с цивилизационным столкновением российской и западной цивилизации, который укладывается в современный геополитический тренд – глобализации.

Глобализация явление многогранное. С одной стороны, глобализацию можно определить как процесс формирования единства мирового информационного, экономического, политического, правового, социокультурного и экологического пространства. Соответственно, она имеет несколько аспектов: экономический, политический и социокультурный, которые тесно взаимосвязаны и взаимодополняют друг друга. И такой подход справедлив, он действительно имеет место.

А, с другой, глобализация, как теперь уже стало очевидно, – всего лишь другое название американской гегемонии, американского господства. Об этом цинично и откровенно заявлял Г. Киссинджер еще в октябре 1999 года в своей лекции в Дублине, в Ирландии: «Главный вызов состоит в том, подчеркнул он, что то, что обычно называют глобализацией, на самом деле просто другое название господствующей, лидирующей роли Соединенных Штатов»1. При этом мы должны понимать, что лидерство как таковое имеет для слабеющего мирового гегемона по-американски чисто прагматический характер. В первую очередь оно необходимо для обеспечения потребительских интересов «золотого миллиарда», то есть оно прямо или косвенно направлено против остального человечества. Глобальное лидерство – это своеобразный и довольно надёжный сертификат на право безраздельного владения, распоряжения и пользования всеми ресурсами планеты.

Следовательно, особенность глобализации по-американски в том, что она предполагает наличие правил и обязательств, направленных на подчинение им суверенных стран. Более того, по мере глобализации рынков и культуры неолиберальная теория, объясняющая глобализацию, допускает «увядание», свертывание суверенности отдельных стран, формирование нового типа «граждан мира», чья лояльность обращена уже не к отдельным правительствам, а к внегосударственным структурам.

Идеология либерального интернационализма, лежащая в основе современной глобализации – основа американской внешней политики в ХХ – XXI веке, заложенная еще В. Вильсоном, явила собой стремление спроецировать американские ценности на мировую политику. При этом в основе этой политики лежит слом прежней системы межгосударственных отношений, в фундаменте которой баланс сил, раздел мира на сферы влияния и т.п., а вместо нее спроецировать на мир американские ценности – ценности либерального общества, индивидуализма, рыночной экономики и единого центра силы.

Эта политика обусловила и своеобразную интерпретацию советских, а сегодня российских политических целей и интересов. Еще в 1920 – 1930 годах западными политиками был сформирован образ нашей страны, как мирового революционного центра, отрицающего возможности мирного сосуществования и ориентированного исключительно на мировое могущество. Стратегия глобальной экспансии привнесла в американскую дипломатическую практику правило двойного стандарта. Соединенные Штаты Америки на словах в категорической форме выступили против создания сфер влияния, против образования блоков. А на деле уже доминировали в западном мире, после второй мировой войны взяли под свой контроль многие прежние части Британской империи, питали надежды на занятие места Франции и других западноевропейских колониальных метрополий в их важнейших владениях. Западное полушарие США рассматривали уже как свою заповедную зону. Все это никак не укладывалось в рамки провозглашаемых ими демократических принципов. Если Соединенные Штаты стремились к доминированию в далеком Китае, то это подавалось как «содействие прогрессу человечества», а если CCCP был озабочен безопасностью своих границ, то это освещалось как его «выход на большую дорогу экспансии». Правило двойного стандарта стало внутренней сущностью послевоенной американской дипломатии2. Именно двойной стандарт американской внешней политики, когда свои интересы священны, а чужие едва ли не бессмысленны, и породил «холодную войну». Следуя в русле двойных стандартов, уже в конце Второй мировой войны, когда вырисовывались контуры современной Европы, перед СССР пока еще союзники по антигитлеровской коалиции поставили конкретный вопрос: быть СССР сателлитом США и союзником, либо искать другие возможности? Особо следует подчеркнуть, что вопрос был задан стране, которая побеждала величайшую военную силу современности. Стране, которая, еще истекала кровью, теряя на фронтах Великой Отечественной войны цвет и молодость своей нации, но которая, при этом единственная в мире никогда не была зависимой территорией от Запада, которую Штаты настойчиво упрашивали вступить в войну против Японии, как можно скорее. И уже тогда никакие опасения СССР в отношении собственной безопасности не принимались во внимание. Так американцы поступали на протяжении многих лет. Таким образом, сегодняшнее глобализационное видение места и роли современных государств и России является продолжением долговременного стратегического замысла Запада и, прежде всего, США.

Как следствие, в результате глобализационных процессов век закончился формированием международного порядка при гегемонии сверхимперии – США. При этом, казалось бы, человечество должно стать идентичным субъектом-объектом собственной истории, но эта идентичность мнимая. Мир приучают к тому, что лидер один: «Я считаю, что США – исключительная страна, отчасти потому, что мы продемонстрировали готовность защищать не только свои интересы, но и интересы всех государств»3, – заявил американский президент в своей речи в ООН январе 2015 года. История уже имела прецеденты мировой исключительности и мирового лидерства, завершались они плачевно для всего мира.

Но дальше, больше. «Я верю в более умный вид американского лидерства. У нас лучше всего получается вести за собой в тех случаях, когда мы сочетаем военную мощь с сильной дипломатией, когда мы дополняем свою силу строительством коалиций, когда мы не допускаем того, чтобы наши страхи заслоняли благоприятные возможности, которое несет новое столетие», – заявил хозяин Белого дома в своем с послании к конгрессу. По его мнению, именно с таких позиций правительство США «и действует сейчас во всем мире и добивается искомых результатов»4.

А результаты поистине «впечатляющие». С 1999 года американская коалиция разрушила и расчленила уже 4 государства (Югославия, Ирак, Ливия, Афганистан). В Сирии сейчас идет война, Иран уже на подходе. Общее количество убитых, по разным оценкам, доходит до 1,5 млн. чел. Размер военных расходов только США на проводимые военные кампании составило $1,5 трлн5. По существу, отношения между народами и государствами, почти те же, что в период классического колониализма. Это порождает глубокую структурную нестабильность в мире. Оценивая итоги только что завершившегося столетия, Э. Хобсбаум пишет: «…Век закончился глобальным беспорядком, природа которого неясна, и отсутствием видимого механизма и для устранения этого беспорядка, и для того, чтобы держать его под контролем»6.

А теперь, вспомним и сравним риторику. Посол США в Москве А. Гарриман в марте 1944 года пытается определить место СССР в послевоенной системе международных отношений. Он говорит: «Советам следует понять, что они совершили ошибку (речь идет об обмене дипломатическими представительствами СССР и нового правительства Италии, для совместного решения проблем послевоенного обустройства Италии), которая, если она будет иметь продолжение, помешает общему сотрудничеству. Мы уже прошли очень долгий путь, а Советы только учатся как вести себя в цивилизованном мировом сообществе. Мы можем достигнуть эффективных результатов только в том случае, если займем твердую позицию тогда, когда русские будут делать ошибочные шаги… А если мы не проявим твердости? … С каждым новым эпизодом мы будем видеть все более жесткую советскую политику, они будут выступать как мировые нарушители спокойствия»7.

Рискованность единоличного мирового лидерства бесспорна, порождая беспорядок в собственных интересах, она ведет к вооруженным конфликтам, которые невозможно контролировать и тем более остановить. Но исключительность неудержима, а отсутствие рефлексии очевидно. «Мы продолжим охотиться за террористами и ликвидировать их сети, и мы сохраняем за собой право действовать в одностороннем порядке (курсив мой В.Р.), как мы неустанно делали после моего прихода к власти, уничтожая террористов, которые представляли прямую угрозу нам и нашим союзникам», – отметил Обама в своем обращении Конгрессу8.

Такой подход «с позиции силы лидера» лег в основу Стратегии национальной безопасности США В ней черным по белому заявлено, что Соединенные Штаты стремятся к глобальному мировому лидерству. Объявляется о приоритете американских ценностей, при этом они позиционируются как ценности общечеловеческие. Заявляется также о готовности и решимости в применении военной силы, в том числе в одностороннем порядке. По сути дела предъявлен концепт установления мирового порядка с главным актором – Соединенными Штатами Америки. И это официальный документ – Стратегия национальной безопасности США. Приведу для отражения пафосности самого стиля этого документа некоторые выдержки: «Эта новая Стратегия национальной безопасности предлагает защищать национальные интересы Соединенных Штатов через сильное и стабильное лидерство. Она устанавливает принципы и приоритеты использования американской силы и влияния в мире. Она совершенствует модель американского лидерства, корни которого уходят в экономическую и технологическую мощь США и ценности американского народа … в ней заявлено, что мы готовы и решительно настроены останавливать, а в случае необходимости и побеждать наших потенциальных противников. Она подтверждает лидирующую роль Америки в мировом порядке, основанном на законе и опоре на активных гражданах, ответственных государствах и эффективных региональных и международных организациях… У правительства Соединенных Штатов нет большей обязанности, чем защищать народ Америки. Но наши обязанности не заканчиваются на наших границах. Мы исполняем наши обязанности по поддержанию международной безопасности потому, что это в наших интересах, в интересах исполнения обязательств перед нашими союзниками и партнерами и затрагивает поистине глобальные опасности. Ничто не может заменить лидерство Америки ни перед лицом агрессии, ни в вопросе общечеловеческих ценностей или американской безопасности»9. В этой связи уместно вспомнить известное заявление З. Бжезинского, о том, что в XXI веке Америка будет развиваться против России, за счет России и на обломках России.

Совершенно очевидно, и то, что одной из целей современной конфронтации является блокирование усилий России по созданию Евразийского союза – потенциально мощного мирового «игрока» и в перспективе стратегического субъекта геополитики, который мог бы сформулировать альтернативный Проект не только собственного, но и глобального развития. При этом во всех случаях администрация США, во главе с лауреатом Нобелевской премии мира Б. Обамой будут продолжать руководствоваться принципом М. Цицерона: «Войну надо начинать так, чтобы казалось, что мы не ищем ничего другого, кроме мира».

Из всего вышесказанного становится ясно, что реализуемая Америкой стратегия удержания мирового лидерства в меняющемся мире уже начинает переходить в реальную политику «с позиции силы», где выход из кризиса долговой экономики «бумажного доллара» видится, в том числе и в «обнулении» долговых учетных записей «пузыря» пустого богатства. Для этого и становится необходимой «большая война», по итогам которой победитель, как и в свое время в Бреттон-Вудсе, рассчитывает диктовать свои условия остальному миру. Воля к ведению войны для Америки при перспективном рассмотрении является волей управлять после войны.

Патовость ситуации в том, что создаваемый США «порядок», ведущий к планетарному риску имманентны логике американских политиков, логике подчинения мира единственному принципу неолиберальному и единственной воле – воле самой большой мировой державы. При этом, глобализация не в состоянии воспрепятствовать новой хаотизации и нарастающим рискам, несмотря на укрепление общемировых связей в технологической и экономической областях. Поскольку глобализация несет с собой подчинение большинства меньшинству, она ведет к неизбежным конфликтам – локальным, региональным, даже планетарным, по сути своей все более напоминающим конфликт цивилизаций по С. Хантингтону. Новый мировой порядок становится порядком хаотизации мира, глобализацией страха и насилия и несет еще большую опасность, чем прежний «биполярный» порядок, поскольку не поддается контролю.

Таким образом, в начале XXI столетия строительство нового мирового проекта завершилось. Суть проекта в том, что вместо государственных территорий, как основы национального суверенитета – общее глобальное пространство, вместо государственной идеологии, а на ее наличие имеет право каждое государство – продвижение либеральной демократии и рыночного фундаментализма. И лидер всего этого – нация, гордящаяся своей исключительностью – Соединенные Штаты Америки. Однополярный мир стал банальностью. Теория этого проекта не одно десятилетие разрабатывалась в трудах Ж. Аттали, Ф. Фукуямы, З. Бжезинского, К. Санторо10. В этих работах можно прочитать, что отсутствовало в официальных речах государственных лидеров, обращавшихся к идеям формирования «нового мирового порядка», высказывавшим его целевые установки. Чаще всего в качестве целевых задач теоретики рассуждали о формировании управляемого мировым правительством планетарного государства. А сам сценарий перехода к системе «нового мирового порядка» был описан итальянским профессором Карло Санторо еще в середине 1990-х годов. При этом, Россия в этом проекте рассматривается как нелиберальный, авторитарный режим. Именно поэтому, А. Расмуссен считал, что есть два современных идеологических вызова западным ценностям – Исламское государство и Путинская Россия, то есть мы на одной доске с Исламским халифатом. Россия, совершенно нескрываемо, воспринимается как противник, а не партнер.

Таким образом, стратегия США и их ближайших союзников направлена на то, чтобы сохранить (и по возможности усилить) свои позиции и ослабить геополитических конкурентов. В этой стратегии России даже не достается роль сырьевого придатка, рынка сбыта западных товаров, страны, не обладающей политической субъектностью. Страны Запада (прежде всего, США) поставили себе приоритетной целью социально-экономическую и политическую дестабилизацию России, по сути, ведя против нее информационную, политическую, экономическую и финансовую войны и пытаясь втянуть ее в «горячую войну». В этих условия, становится очевидно, что экономическая элита Запада, захватившая политическую власть, не только не собирается мирно сосуществовать с иными политическими системами, но, как выразился А.А. Зиновьев, продолжает рассматривать себя в качестве мирового престола. Максимум, на что может теперь рассчитывать Россия, это оказаться в сфере власти, влияния и колонизации Запада, причем на тех ролях, какие нам может позволить сам единственный и неповторимый Запад11.

Ситуация усугубляется наличием в РФ серьезных нерешенных внутренних проблем, осложняющих противостояние внешнему давлению. Указанные проблемы связаны с сырьевым характером экономики, слабостью отечественной промышленности, отсталостью и изношенностью инфраструктуры, недостаточным спросом на отечественные инновации в обществе и, как следствие, недостаточным финансированием науки, системы образования и здравоохранения, отсутствием единства внутри элиты и ее ответственности за страну, общим снижением социокультурного капитала нации и ее элиты. Существующая модель экономического регулирования тормозит экономический рост, ведет к сжатию кредитного рынка, к зависимости крупного бизнеса от иностранных кредитов, к высокому уровню имущественного расслоения.

Дестабилизация мировой ситуации, сложное внутреннее положение в России, породило следующие глобальные риски:

  • риск затяжного мирового финансового кризиса (типа «Великой депрессии»), связанного со снижением нормы прибыли и исчерпанием потенциала развития в рамках текущего технологического уклада;
  • риск краха мировой финансово-валютной системы, основанной на использовании доллара США в качестве резервной валюты;
  • риск глобальной войны вследствие разрушения существующей системы международной безопасности, роста числа региональных военных конфликтов, перекраивание границ, расширения и переформатирования военных союзов;
  • демографические и социальные риски в связи с массовыми миграциями населения рост социальной напряженности, угроза революций и гражданских войн12.

В этой связи, если Россия стремится не только выжить как суверенное государство, но и желает, чтобы реализовалась, при ее участии, альтернативная модель мира, основанная не на диктате одного центра силы, а на кооперативных началах с согласованием интересов всех стран, то ей нужно выработать стратегию действий, парирующую краткосрочные и среднесрочные угрозы стране и ориентированную на достижение долгосрочной цели по формированию указанного альтернативного миропорядка. Для этого необходимо четкое понимание рисков и угроз и на этой основе формирование вектора внутренней и внешней политики.

Однако, такое адекватное понимание затрудняется тем, что российский внешне-политический вектор во многом строилась на основе постсоветских теорий. Еще не стерлись из памяти призывы к формированию «общевропейского дома», овладению «новым политическим мышлением, для нашей страны и для всего мира». Из которых следовал важнейший вывод, что дальнейшее развитие международных отношений будет идти по пути стирания противоречий между нашими странами и будет формироваться единое европейское пространство, в котором Россия, после расставания с коммунистическим прошлым, займет достойное место. И как результат, не адекватно была оценена вытраиваемая глобальная миросистема, на верхних этажах которой для России места не оказалось. Похоже, что Россия как целостное государство не может интегрироваться в западный мир, даже при добром отношении к этому стран Запада. Судите сами, наши иллюзии по вхождению в «золотой миллиард» со временем рассеялась. Желание остаться хотя бы в нише стран сырьевого обеспечения, претендуя на «сырьевую империю» не осуществились, оказалось, что и в таком качестве места России в западном мире не уготовано. Крупнейшее государство мира, с более чем 140 миллионным населением, со своей собственной цивилизацией, традициями, геополитическими интересами не может быть включено в систему, без ее изменений. А именно таких изменений и не приемлет Запад. Красноречивый тому пример длительный, превратившийся в бесконечный процесс принятия в европейскую семью Турции.

Кроме того, в нашей стране не был всесторонне проанализирован западный проект глобализации, важнейшим целевым ориентиром которого, как свидетельствует реальность, выступает достижение мирового господства. Россия исторически всегда выступала главным препятствием такого проекта, отсюда стремление устранить ее любыми способами. Наша история яркое тому подтверждение. Конечно же, Россия с одной стороны, не может самоизолироваться от происходящих процессов, а с другой, для нее неприемлем разворачивающийся монополярный формат. Поэтому, проблема исторического самоопределения России в условиях глобализационных трендов актуальна и сегодня.

Между тем, Россия никогда не претендовала на исключительность и, тем более на мировое лидерство. Но она вправе, как суверенное государство, в соответствии с попранными теми же американцами нормами международного права, требовать соблюдения и учета международными партнерами российских национальных интересов, интересов ее безопасности, бережного отношения к ее истории, традициям и ценностям.

С другой стороны, называя вещи своими именами, следует констатировать, что реально «холодная война» никогда не прекращалась, хотя и была переведена в иное русло. С одной стороны, ее как бы отрицали, с другой, с гордостью называли победителей и побежденных. Не удивительно, что декларированное в начале 1990-х годов партнерство РФ и США со временем, с американской точки зрения, вырождается в право и обязанность России во всем следовать американскому лидерству: это естественное отношение к «побежденному» противнику. Поскольку на деле России продолжали навязывать условия, чем-то похожие на условия, в которые была поставлена Германия после Перовой мировой войны, только что без аннексий и контрибуций. Не вызывает сомнения, что «американскому политическому классу Россия видится либо немым и послушным помощником США, либо открытым врагом. И никакой более-менее самостоятельной роли в мире, которую американцы готовы признать за другими государствами – Китаем, Индией, Францией, Германией, – они для России не видят»13.

Можно согласиться с классиком цивилизационного анализа А. Тойнби, который говорил о том, что при рассмотрении дихотомии Россия – Запад приписывал роль агрессора именно западной цивилизации. «Хроники вековой борьбы между двумя ветвями христианства, – писал британский историк, – пожалуй, действительно отражают, что русские оказывались жертвами агрессии, а люди Запада – агрессорами значительно чаще, чем наоборот. Русские навлекли на себя враждебное отношение Запада из-за своей упрямой приверженности чуждой цивилизации…»14. На этом фоне невозможно не замечать и очередную (уже третью) попытку превращения «Европы» в «унитарную империю», (1-я – «наполеоновская», 2-я – «гитлеровская»), которая всякий раз оканчивалось для нас «большой (отечественной) войной». Со всей очевидностью напрашивается вывод, что в настоящее время идет неуклонное превращение Европы в некое «сверхгосударство» с единой централизованной системой управления, со сплошным военно-политическим пространством, с едиными правилами, а теперь и с едиными Вооруженными силами т.е. по сути, с унитарной в потенции военно-политической силой.

Именно Россия всякий раз оказывалась основным препятствием на пути экспансионистского глобализма, реально мешающая США реализовать свою программу мирового лидера. Стержневая роль в планетарной западной экспансии принадлежала первоначально Британской империи, а после второй мировой войны перешла к США.

Для того чтобы понимать и прогнозировать происходящие в мире глобальные процессы необходимо помнить догмат, лежащий в основе национальной стратегии Соединенных Штатов – догмат неприемлемости для Америки потери мирового лидерства. Как показывает анализ американских декларативных документов, главенство в мировой геополитической иерархии рассматривается американским правящим режимом и политической элитой как необходимое условие процветания и развития страны в XXI веке.

Таким образом, фиксируя факт обострившегося цивилизационного столкновения, спрогнозируем негативные сценарии, к которым оно может привести: геополитический распад России; приход к власти прозападных сил и ускоренная десуверенизация; блокада, превращение страны в геополитического изгоя и стагнация; десуверенизация в пользу других геополитических субъектов, таких как, в частности Китай; переход «холодной войны» в «горячую» и это будет трагедией всего человечества15.

Если есть конфликт, резонно прогнозировать сценарии выхода из конфликта. Первый – сдаться на милость «победителю». Это смена президента, лишение страны национальной самоидентичности, возврат Крыма, принятие западных ценностей, распад России по сценарию Югославии. Это наиболее желаемый на Западе сценарий. С геополитического горизонта исчезает субъект, препятствующий, своей цивилизационной культурой продвижению западной демократии. Следующий сценарий – «игнорирование конфликта» и переориентация на Восток. Далее – надеяться, что конфликт затухнет сам собой, при этом мы осуществляем активное противостояние. Нечто подобное нередко звучит из уст политических руководителей страны. Сценарий – замещение конфликта – найти иной субъект конфликта, на который переключится Запад, поскольку он будет более опасен. В этом же сценарии возможен распад современного мира на несколько группировок, которые будут представлять собой трансрегиональный замкнутый на себя, самодостаточный рынок, способный взаимодействовать внутри себя. Это сформирует вновь многополярный мир со многими центрами силы. Безусловно, как в период своего становления, так и в период существования, между ними будет развиваться многовариантная борьба, имеющая цели и задачи, не совместимые с существованием каждого из них, однако такого рода соперничество будет иметь уже структурированный характер, который вряд ли приведет к тотальному и прямому столкновению крупных игроков, что, безусловно, резко снижает риски, вызванные необходимостью массированного применения наиболее смертоносных и разрушительных вооружений. Борьба будет вестись лишь сателлитами США с использованием не подконтрольных никому субъектов региональной политики, на буферных или пограничных по отношению к России и Китаю странах. На наш взгляд, данный путь реализуется сегодня, путем создания коалиции США – Европа, Россия – Китай (БРИКС) и создание не стабильных горячих точек по периметру России: Украина, прибалтийские государства, полностью подконтрольные США.

Из этих рассуждений напрашивается еще один путь разрешения кризиса – полная и безоговорочная нейтрализация существующих противоречий. Иными словами победить, ликвидировав основное существующее противоречие. Для этого, прежде всего, необходимы кардинальные реформы, которые должны ликвидировать системные проблемы в экономическом и политическом устройстве России, поскольку они сами по себе, даже в отрыве от внешних угроз, несут в себе катастрофическое начало и способны привести к деградации и распаду России. В первую очередь имеется в виду сырьевой характер нашей экономики и ликвидация олигархической и предельно несправедливой системы политического устройства страны. Речь не идет о построении социализма, скорее всего, на данном этапе это вообще утопическая идея, однако именно несправедливость построенной в России системы власти, управления, социальной жизни и экономики – это мина, обезвреживание которой является принципиальной задачей ближайшего будущего.

Обобщая последствия глобализационной политики Запада можно констатировать, что нынешнее обострение международных отношений явилось следствием:

  1. Отказа Запада признать за Россией то место в европейской и мировой политике, которое она считает для себя, после Второй мировой войны, естественным и законным. Откровенный обман в международных отношениях по отношению к России по вопросам расширения НАТО, втягивание бывших постсоветских государств в антироссийскую политику.
  2. Прекращения Россией сотрудничества с США по многим направлениям, выведения со своей территории некоторых НКО, открыто занимавшихся политической деятельность. Мы не поддерживаем подход к правам человека по-американски, что явно не соответствует замыслам глобалистов. Нежеланием России вернуться к внешней политике 90 годов, когда страной, по сути, руководили советники из США. «Европе, – писал в свое время И.А. Ильин, – не нужна правда о России, ей нужна удобная о ней неправда. Европейцам нужна дурная Россия: варварская, чтобы «цивилизовать ее по-своему»; угрожающая своими размерами, чтобы ее можно было расчленить; реакционная – чтобы оправдать для нее революцию и требовать для нее республики; религиозно разлагающаяся – чтобы вломиться в нее с пропагандой реформации или католицизма; хозяйственно-несостоятельная – чтобы претендовать на ее сырье или, по крайней мере, на выгодные торговые договоры и концессии»16.
  3. Укрепления России и активным выходом ее на международную арену в 2000 годы, что привело к формированию нового политического и экономического центра БРИКС, явно препятствующего глобалисткой позиции запада.
  4. Сложившаяся в мире ситуация свидетельствует о возрастании вероятности «войны всех против всех» с целью очередного «передела мира». Ее жертвами станут богатые природными ресурсами государства, а агрессорами – страны, ныне обделенные ими или интенсивно развивающиеся.
  5. Не принятия Россией либерализм как единственно верного учения для своего развития и поиск своего пути развития в многополярном мире.

Итак, существует глобальный западный проект, суть которого заключается в мировом господстве. Представление о том, что России можно войти в западный мир со своими геополитическими интересами – опасная иллюзия, оборачивающаяся катастрофическими последствиями для страны. Но отстоять свое место в этом мире возможно, для этого необходим глубокий анализ современной международной ситуации и на этой основе понимание места и роли в ней России, формирование более эффективной, государственно ориентированной системы управления, создание в стране атмосферы высокого морального духа, прежде всего политической элиты и всего народа, опора на передовые идеи и технологии в развитии страны, возрождение мощных, современных вооруженных сил.

Совершенно очевидно, что под влиянием внешних и внутренних обстоятельств Россия оказалась в ситуации испытания на прочность. Только принятие срочных и решительных мер может позволить избежать серьезных последствий для страны.

Ремарчук Валерий Николаевич

  1. Майкбрайд У. Глобализация и межкультурный диалог // http://lib. rin.ru/doc/i/113122p. html. (дата обращения 01.02.2015)
  2. Уткин А.И. Мировая холодная война. М.: ЭКСМО, 2005. С.135.
  3. Обама вновь напомнил Путину об исключительности США // http://www.forbes.ru/news/245213-obama-vnov-napomnil-putinu-ob-isklyuchitelnosti-ssha (дата обращения 06.02.2015).
  4. Выступление президента США с посланием к конгрессу http://itar-tass.com/mezhdunarodnaya-panorama/1710397 (дата обращения 24.01.2015).
  5. Гушер А.И. Геополитическая картина современного мира. Оценки и прогнозы. http://oko-planet.su/politik/politikmir/113453-geopoliticheskaya-kartina-sovremennogo-mira-ocenki-i-prognozy.html (дата обращения 01.02.2015).
  6. Hobsbaum E. Na kraju veka globalni nered // Politika. 24, deeembra 2002. S. A19.
  7. Цит. по: Уткин А.И. Мировая холодная война. М.:ЭКСМО, 2005. С.32.
  8. Выступление президента США с посланием к конгрессу http://itar-tass.com/mezhdunarodnaya-panorama/1710397 (дата обращения 24.02.2015).
  9. Цит. По: Полный текст стратегии национальной безопасности США http://www.aftershock.su/?g=node/287991.
  10. Аттали Ж. На пороге нового тысячелетия. М.: Международные отношения, 1993. 70 с.; Бжезинский З. Великая шахматная доска. М.: Международные отношения, 1999. 256 с.; Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек. М.: АСТ Ермак, 2004. 588 с.
  11. Зиновьев А.А. Запад. Феномен западнизма. М.: Эксмо, 2007. С. 20.
  12. Ковалев В., Малков С., Малинецкий Г., Если завтра война… Доклад Экспертно-дискуссионному клубу «Аналитика». М.: Академия военных наук. Ассоциация «Аналитика». 2015. С. 20.
  13. США заинтересованы в обострении отношений с Россией http://24topsmi.ru/politics/10646.html (дата обращения 27.01.2015).
  14. Тойнби А.Д. Постижение истории. М., 1991. С. 142.
  15. Актуальная российская повестка. Конфликт Россия-Запад: пути выхода. Материалы научного семинара. Вып. № 2. М.: Наука и политика, 2015. С. 6.
  16. Цит. По: Башилов Б. История русского масонства. М., 1992. Вып. 1-2. С. 16.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.