Удастся ли в Москве подступиться к решению афганского «ребуса»?

Региональные противоречия нуждаются в конструктивном обсуждении

Фото: REUTERS/Stringer

Как и следовало ожидать, утверждение в Кабуле запрещённого в России движения «Талибан» и формирование им некоего подобия правительства не развеяли тревожных опасений, обусловленных бесконечным афганским противостоянием. И едва ли случайно, что тема исходящих из-за Амударьи и Пянджа террористических угроз неизменно присутствует в повестке дня мероприятий, объединяющих Россию и государства Центральной Азии и посвящённых актуальным вопросам безопасности.

Ситуация в Афганистане, привносящая риски для Центральной Азии и постсоветского пространства в целом, вызывает беспокойство, требуя «активизации совместных усилий, прежде всего на контртеррористическом и антинаркотическом направлениях», заявил Президент России Владимир Путин в ходе прошедшего 15 октября в онлайн-режиме заседания Совета глав государств СНГ. На южных рубежах Содружества собираются боевики экстремистских и террористических группировок, включая запрещённые в России «ИГИЛ», «Исламское движение Узбекистана» и «Аль-Каиду» (1). «По нашим данным, количество только игиловцев на севере Афганистана насчитывает порядка 2 тысяч. Их лидеры вынашивают планы по распространению своего влияния на центральноазиатские государства, на российские регионы, делают ставку на разжигание этноконфессиональных конфликтов и религиозной ненависти. Террористы стремятся проникать на территорию Содружества, в том числе и под видом беженцев», – сообщил глава государства, затронув также тему сформированного талибами «переходного правительства». По мнению Владимира Путина, оно не отражает всей палитры афганского общества, и хотя с официальным признанием нового кабульского режима спешить не следует, это не отменяет необходимости поддержки процесса национального примирения и мер по нормализации ситуации в Афганистане. «Мы все можем содействовать возобновлению работы расширенной «тройки» – имеется в виду России, США и Китая с участием Пакистана, – я просил бы вас это поддержать, а также московского формата, в котором участвуют ключевые страны региона, включая центральноазиатские. Ведём дело к проведению в самое ближайшее время, в октябре, встреч в рамках этих механизмов в Москве», – обратился к коллегам по СНГ российский лидер.

Совещание расширенной «тройки» (Россия, США, КНР, Пакистан), во время которой стороны постараются выработать общую позицию по Афганистану, состоится в Москве 19 октября – за день до более широкой встречи в «московском» формате с участием талибов, принявших приглашение Москвы (как и ряда других местных политиков). Российская сторона надеется на «откровенный разговор с представителями нового афганского руководства», сообщил спецпредставитель Президента РФ по Афганистану, директор Второго (Азиатского) департамента МИД РФ Замир Кабулов. По его словам, в ходе встречи предполагается «откровенно излагать афганской делегации наши претензии, но не в форме требования, а в форме совещания о том, каким образом конструктивно можно было приступить к решению задач».

Как уточнил ранее министр иностранных дел РФ Сергей Лавров, московский формат – «это все центральноазиатские страны, Иран, Китай, Пакистан, Индия, США, Россия и сами афганцы». При этом ответ на вопрос о том, кого пришлют кабульские де-факто власти в Москву в качестве переговорщиков, остаётся открытым. Если ими окажутся некие третьестепенные, ничего не решающие лица – это будет означать необходимость известной ревизии прежних подходов, ориентированных на взаимно заинтересованный диалог с предводителями «Исламского Эмирата Афганистан». Пока же они отвергли заявление Президента России как «необоснованное», что едва ли вяжется с реальностью. Как отмечает руководитель Центра изучения афганской политики Андрей Серенко, талибы «…рассматривают любые контакты с Россией как элемент игры в отношении Запада, прежде всего, Соединенными Штатами. Этой тактики они придерживались последние два года… Например, когда велись переговоры в Дохе, и они считали, что американцы недостаточно прислушиваются к их условиям, талибы тут же приехали в Москву, тем самым демонстрируя, что если вы не будете покладистыми, мы будем дружить с Россией. Это срабатывало, и талибы к такому алгоритму действий очень привыкли». По мнению эксперта, несмотря на пропагандистскую риторику, «талибы улыбаются китайцам и русским, но эти улыбки адресованы, в основном, американцам», в то время как «для России Афганистан… не представляет сейчас особого интереса». Отвергая тактику переговорного заигрывания с радикальным движением как провальную, эксперт предлагает «усиливать границу, усиливать наш оборонный потенциал, перебрасывать туда группы спецназа и разведки. Это единственная реальная политика, которой Россия должна заниматься».

Казалось бы, звучит излишне резко, да и не вполне понятно, какую именно границу и как следует усиливать, если не забывать о том, что Узбекистан и Туркменистан не входят в ОДКБ. С другой стороны, в Кабуле заверяют ближних и дальних соседей в добрых намерениях и в готовности к сотрудничеству, однако любые заявления необходимо подкреплять конкретными делами. Складывается впечатление, что из всех стран Центральной Азии в наибольшей степени заинтересованы в налаживании контактов с непризнанными кабульскими властями в Ташкенте. Узбекистан и Афганистан разработают дорожную карту по развитию сотрудничества, говорится в заявлении официального представителя «ИЭА» Забиуллы Муджахида по итогам переговоров, прошедших 16 октября в приграничном Термезе. Сформированы рабочие группы, в рамках которых предстоит обсудить актуальные вопросы и предоставить свои рекомендации. Основная задача – в течение десяти дней разработать дорожную карту развития сотрудничества Ташкента и Кабула. Ранее талибы поздравили власти Узбекистана с 30-летием независимости и предложили «реанимировать» проект железной дороги Мазари-Шариф – Кабул – Пешавар под кредиты международных финансовых организаций, согласованный ещё при правительстве Ашрафа Гани.

Совершенно иная позиция у соседнего Таджикистана, изначально воспринявшего военные успехи талибов, мягко говоря, крайне недоброжелательно, чему имеется целый комплекс объективных и субъективных причин. Достаточно напомнить, что на рубеже 1990-х – 2000-х годов правительство Эмомали Рахмон помогало силам «Северного Альянса», ярким предводителем которого был «Панджшерский лев», таджик Ахмад Шах Масуд. В сентябре в Душанбе появился посвящённый отцу сборник стихов проигравшего талибам «битву за Панджшер» Масуда-младшего, по слухам, находящегося в Таджикистане (как и бывший вице-президент Амрулла Салех). Пользуясь преимуществами членства в ОДКБ, «наследники Саманидов» выступают с резкими заявлениями, а местом проведения военного парада в честь 30-летия независимости республики был выбран приграничный с Афганистаном поселок Калай-Хумб Дарвазского района Горно-Бадахшанской автономной области. На сопредельной стороне границы собираются боевики запрещенной в России и Таджикистане группировки «Джамаат Ансоруллах», состоящей из «проталибски» настроенных таджиков. А по заявлению З. Моджахида, 25 сентября талибы направили в провинцию Тахар «десятки спецназовцев армии Мансури Исламского Эмирата Афганистан для отражения возможных угроз». «Мы хотим, чтобы Таджикистан не вмешивался в наши внутренние дела. Мы хотим иметь с ним хорошие отношения, но вмешательство страны во внутренние дела своего соседа не может служить чьим-либо интересам», – заявил в интервью телеканалу «Аль-Джазира» заместитель главы правительства талибов Абдул-Салам Ханафи, и это – далеко не единственное заявление подобного рода. Ещё один парад таджикской армии состоялся 30 сентября в административном центре ГБАО Хороге.

Разрядить напряжённость в таджикско-афганских отношениях пытаются Москва и Исламабад, однако гарантировать спокойствие на границе не может никто – тем более с учётом нахождения там массы «неизвестных» отрядов, появление которых на севере Афганистана связано с деятельностью «частных военных кампаний». Никуда не делось и военное присутствие Пентагона, обсуждение которого в Узбекистане под видом неких «контртеррористических сил», по данным издания Politico,  будет обсуждаться уже в октябре.  «Риски от размещения иностранных военных баз в Центральной Азии превысят любые выгоды, – заявил в этой связи директор третьего департамента стран СНГ МИД РФ Александр Стерник. – Если это произойдет, придется тогда ставить крест на крупных проектах на территории Афганистана, связанных с прокладкой газопроводов, линий электропередач, транспортных коридоров». В России «считают давление, оказываемое сейчас на союзников с целью военного и разведывательного базирования под предлогом антитеррористической деятельности крайне опасным. Это категорически неприемлемо и центральноазиатскими государствами, и Россией, и Китаем, и Ираном, потому что мы понимаем, какие задачи решало бы такое базирование в Центральной Азии».

Удастся ли в рамках предстоящего «московского» переговорного цикла продвинуться в решении многочисленных региональных противоречий? Уверенно ответить на данный вопрос достаточно сложно, и уже в ноябре переговорный марафон может быть продолжен в Индии на уровне советников по национальной безопасности. Выработка приемлемой формулы решения афганского кризиса по-прежнему будет оставаться предметом совместных усилий заинтересованных сторон.

Дмитрий Нефёдов

Примечание

(1) К ним следует добавить запрещенные в России и других странах СНГ экстремистские группировки: «Исламская Партия Восточного Туркестана» (более 1000 боевиков), «Хатиб имам аль-Бухари», «Джамаат Ансаруллох», «Лашкар-е Мансури» и др., сосредоточенные преимущественно в  северных провинциях страны – Бадахшан, Кундуз, Бадгис и др.

Источник: “ВПА”.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.