Современные геополитические процессы и их влияние на состояние международной безопасности

Существующая на протяжении последней четверти века относительно стабильная геополитическая картина мира в течение последних полутора-двух лет испытывала на себе воздействие факторов, способных внести в нее заметные правки. В мире происходили события, под влиянием которых накапливались различные новации, сумма которых к концу 2016 года оформилась в определенные тенденции, позволяющие сделать обобщающие выводы, а также прогнозы вероятных в ближайшей перспективе геополитических трансформаций. Эти процессы продолжаются и в текущем, 2017 году.

Главными факторами, задававшими изменения в глобальной геополитической картине, являлись нарастание в ряде регионов и стран нестабильности, тревог, противоречий и конфликтного потенциала в жизни мира, а также продолжающаяся борьба за позиции и ресурсы между различными странами, конфессиями, политическими группировками и другими силами. В раках этой глобальной картины на особом месте находился расширявшийся конфликт между силами международного терроризма, представленными главным образом радикальным исламом, и остальным мировым сообществом.

Эти факторы в значительной степени отражают те сложности, которые переживает современный мир, мечущейся в поисках решения проблем развития и безопасности в условиях XXI века. Конечно, все это затрагивает и интересы России, ее внутреннюю жизнь и позиции в современном мире.

Казалось бы, ничто не мешало Западу жить и развиваться так, как это продолжалось в течение многих предыдущих лет и десятилетий. Вроде бы все говорило о неисчерпаемости экономических, политических, военных и других возможностей и ресурсов крупнейших западных государств по обеспечению сохранения и дальнейшего продвижения того глобального курса, которым они следовали во второй половине 20-го и в самом начале текущего столетий. Но накопление негативных факторов и вызовов в жизни западного сообщества продолжалось, и сегодня этот процесс подошел к такому рубежу, когда дальнейшее движение по этому пути чревато для Запада и других стран всякими неприятными неожиданностями и потерями, в том числе и безвозвратными.

Похоже, что сегодня на Западе никто серьезно не занимается анализом своей текущей и на перспективу внутренней жизни и внешнеполитической ситуации. Все живут по инерции. Там пока сосредоточены на поиске простых и далеко не всегда эффективных, если не сказать — ошибочных решений. Но это, похоже, там мало кого из политического истеблишмента беспокоит, так как для большинства западных политиков и чиновников сегодня нет задач важнее, чем выиграть очередные выборы, «утопив» предварительно соперников, «правильно» распределить бюджет страны, обмануть конкурентов, запугать туповатого и доверчивого национального обывателя всякого рода угрозами, в том числе «русскими хакерами», неминуемой российской агрессией и т. п. Делается все для того, чтобы массовый рядовой избиратель думал только о внешних угрозах, но ни в коем случае не обращал бы своего внимания на то, что плохого творится в его собственной стране и кто в этом виноват. Не случайно массовая антирусская вакцинация и «промывка мозгов» своих граждан на Западе в течение последних лет стали такими агрессивными и масштабными. Налицо появление у западного истеблишмента застоя в мыслях и в генерации новых позитивных идеей развития и обустройства мира, а это оказывает негативное влияние на общую психологическую и геополитическую ситуацию, способствует искусственному нагнетанию в западном обществе политического психоза и агрессивности.

Проявления нарастания кризисных процессов в жизни западного сообщества начали явно отмечаться со второй половины 2015 г. и стали более чем очевидными в 2016 г. Внутри общего потока событий и настроений, влияющих на геополитический климат и общий облик мира, следует выделить несколько особых моментов и относительно самостоятельных процессов.

Во-первых, нельзя не заметить появления у целого ряда стран тревог по поводу состояния собственной внутренней и внешней безопасности. Отмечается естественное стремление вех, без исключения, государств избежать вмешательства в свои внутренние дела, политической и территориальной дезинтеграции и сохранить себя в существующих национальных границах. Но при этом некоторые из них вполне допускают возможность пересмотра государственных границ соседей в свою пользу под предлогом «восстановления исторической справедливости». В наибольшей степени это проявляется в Восточной Европе и на Балканах, на Ближнем Востоке и в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Все это в значительной мере является следствием разрушения Ялтинской 1945 г. системы послевоенного устройства мира, разрушением биполярной схемы мироустройства, ослабления существовавшей более полувека системы международной безопасности и нарастания в ряде стран внутриполитической нестабильности.

Во-вторых, в ряде стран и регионов сохраняются и набирают силу сепаратистские настроения, устремления и процессы. Питательной средой для них являются обострившиеся межнациональные отношения, острые межконфессиональные противоречия и споры, новые негативные экономические реалии, а также появление в ряде стран политических элит и амбициозных лидеров, увлекающих свих сторонников броскими, зачастую реваншистскими лозунгами, националистическими призывами и многообещающими перспективами. Вирус сепаратизма и дезинтеграции все настойчивее стучится уже и в двери «столпов» западного мира, даже таких как США и Великобритания.

В-третьих, угроза международного терроризма, которая до недавнего времени оценивалась как в определенной степени виртуальная, в течение последних нескольких лет приобрела настолько значительные масштабы и формы, что не считаться с ней уже стало невозможно и опасно. Ее уровень серьезно повысился после того, как терроризм стал негласно рассматриваться и использоваться Западом и некоторыми другими странами как определенный инструмент их военной политики и стратегии. Дошло до того, что терроризм стал формировать собственные армии, имеющие на вооружении тяжелую военную технику: танки, бронетранспортеры, артиллерию, противотанковые средства и средства противовоздушной обороны. Отмечается заметный рост политических и военных амбиций у ряда крупных террористических организаций, стремящихся стать самостоятельными игроками в мировой политике. Не хотелось бы делать поспешных и опрометчивых выводов, но динамика событий постоянно наталкивает на мысль о существовании угроз развязывания силами международного терроризма и его вдохновителями новых крупных вооруженных конфликтов и войн в разных регионах мира.

В-четвертых, в 2016 г. окончательно оформилась тенденция к перемещению больших масс людей из одних регионов мира, нестабильных и бедных, в другие – развитые и социально благополучные. В основном это возникшее движение народов с Юга на Север. По существу, задан процесс «обратной колонизации», в ходе которого население бывших колоний пытается потребовать у прежних белых колонизаторов предоставления ему равных прав и возможностей, которых они были лишены в годы западного колониального господства. В то же время манипуляция миграционными процессами стала одним из инструментов геополитики некоторых великих мировых держав.

Миграционные волны постепенно размывают берега общественно-политической стабильности многих стран Европы, изменяя их внешне и внутренне. Все это создает предпосылки к появлению новых геополитических реальностей и новых вызовов и угроз.

В-пятых, большое и постоянно нарастающее влияние на развитие геополитических процессов в мире (и на это необходимо обратить особое внимание!) стали оказывать информационные войны, ставшие серьезным инструментом внутренней и внешней политики, в первую очередь, крупных развитых государств. 2016 год дал миру массу примеров применения специальных информационных технологий как во внутриполитической борьбе в ряде стран, так и в интересах решения ими своих внешнеполитических задач.

Главным генератором геополитических возмущений в мире в 2016 году стали острые военно-политические события на Ближнем Востоке, основными из которых были продолжавшаяся борьба против сил международного терроризма на территории Сирии и в Ираке, а также вмешательство в сирийский конфликт значительного числа иностранных государств, преследующих в этом конфликте свои цели.

В тени этих событий все это время находился военный конфликт в Йемене, где проиранская община хуситов отражает попытки Саудовской Аравии и ее союзников силой оружия подавить дух и силы хуситов и ликвидировать этот опасный для саудитов источник угрозы.

В течение года постепенно открывались многие тайны применения двойных политических стандартов в отношении Сирии и ее союзников со стороны администрации бывшего президента США Обамы, а также ряда европейских стран НАТО. Это дает основания считать сирийский конфликт наиболее сложным и опасным международным военно-политическим событием завершившегося года и начавшегося нового.

Серьезные геополитические последствия вызвали также миграционный кризис в Европе и попытки переноса террористической активности из зон военно-политической нестабильности на Ближнем Востоке, в Азии и Африке в ряд европейских государств, в том числе и в Россию. При этом до сих пор нет полной ясности в том, кто и какие конкретные силы стоят за организацией многотысячного перемещения людей из стран Азии и Африки в Европу и какие стратегические цели при этом преследуются вдохновителями этого процесса, хотя в общем многое здесь понятно. Это отдельная сложная геополитическая проблема, требующая своего рассмотрения и глубокого анализа.

Фактором влияния на геополитические процессы оставались также введенные Западом с подачи американской администрации бывшего президента Барака Обамы антироссийские политические и экономические санкции и то давление, которое оказывалось Вашингтоном на страны Евросоюза в целях их активного подключения к участию в этих санкциях.

Как известно, официальным поводом для запуска механизма этих санкций явилось возвращение Крыма в состав России, что квалифицировалось Западом как грубое нарушение Россией международного права. Но на самом деле главной причиной этого санкционного решения США стало то, что возвращением полуострова в состав РФ был сорван масштабный замысел Вашингтона по превращению Крыма в опорную американскую военную базу в Черном море в непосредственной близости от российской границы. Особенно важно то, что возвращение Крыма позволило России не только сохранить на территории Крыма, но и существенно усилить свой Черноморский флот, ограничить свободу действий военных флотов США и НАТО в Черном море и этим заметным образом изменить в свою пользу стратегический баланс сил на юго-западном стратегическом направлении.

Безусловно, важнейшим событием года стали президентские выборы в США, в ходе которых был развеян ряд из существующих много лет мифов об образцовости американской демократии, непогрешимости содержания и направленности внутренней политики североамериканских правящих элит и принципов их внешнеполитической стратегии и практической деятельности. Но главным итогом этих выборов явилось то, что американский избиратель отказал в доверии насквозь прогнившей и коррумпированной верхушке Демократической партии, внутренняя и внешняя политика которой были ориентированы в основном на удовлетворение личных амбиций и материальных интересов лидеров американских демократов, засевшего в высших органах государственного управления многочисленно чиновничьего сословия, а также финансовой олигархии и военщины США.

С избранием Дональда Трампа новым президентом Соединенных Штатов как сама страна, так и остальной мир ожидают серьезного переформатирования всей политики этого государства. Не случайно под влиянием этих событий в мире заговорили о наступлении новой политической эры ХХI века, хотя, по здравому рассуждению, это далеко не так. Средства массовой информации и многие обозреватели и политологи, как это часто бывает, спешат и выдают желаемое за действительное, строят свои оптимистические прогнозы относительно того, каким путем пойдет президент Трамп при решении стратегически значимых проблем. Сегодня можно не сомневаться в стремлении нового президента сделать США намного более эффективной экономической, политической и военной силой. А это может означать только одно: для этого новой американской администрации потребуется немало времени, а сам мир не станет более предсказуемым и безопасным.

Все обозначенные выше процессы позволяют более точно определиться с расстановкой сил в мире в целом и в его стратегически важных регионах, уточнить интересы, цели и намерения соперничающих и противоборствующих сторон, пути и перспективы их реализации. Но в целом ближайшие перспективы развития стратегической и геополитической ситуации в мире пока остаются туманными и противоречивыми.

На фоне всех этих событий Россия, похоже, окончательно лишилась многих своих прежних представлений, иллюзий и надежд на развитие в ближайшей и более отдаленной перспективе нормальных отношений и конструктивного сотрудничества со странами Запада, стала лучше чувствовать границы своих национальных возможностей и вплотную приблизилась к осознанию возложенной на нее ходом истории миссии в современном мире, осуществлять которую ей придется пока в одиночку. И это для России лучше, чем на кого-то надеяться, не будучи уверенной в том, что надежды сбудутся.

Вместе с тем, следует отметить и то, что в течение прошлого года в мире росло понимание политики России и ее действий на международной арене. Сигналов на этот счет поступает все больше. Это должно давать нам надежду на постепенное улучшение международных позиций и авторитета России при условии последовательного проведения руководством страны стратегического курса, полностью отвечающего нашим государственным приоритетам и национальным интересам.

Все упомянутые выше события и процессы явились продолжением цепи тех шагов, которые после развала СССР и исчезновения двухполюсной системы мироустройства Запад во главе с США предпринимал с целью стать одним-единственным господином и повелителем мира. Но сил у него для этого явно не хватило и не будет хватать и впредь. Однако это не оказало практически никакого сдерживающего влияния на их намерения добиваться поставленных целей, используя для этого наряду с военными другие возможности, пути и средства. И это понятно: ни в одной стране никто из власть имущих ни при каких условиях не согласится добровольно расстаться со своим положением и привилегиями.

Что же на самом деле способствовало тому, что Запад, по многим признакам, к концу года утратил изрядную долю своей прежней уверенности в способности эффективно решать сложные военно-политические проблемы?

Представляется, что свою роль в этом в первую очередь сыграли несколько вполне очевидных и значимых причин и факторов.

Во-первых, это накопившаяся за время предыдущих силовых авантюр США и НАТО неуверенность в конечном, благоприятном для них исходе любой новой подобной крупной акции. После ликвидации СССР Вашингтону и его союзникам так и не удалось успешно и с нужным для них результатом завершить ни одной военной кампании. Исключением из этого можно считать только военную операцию 1999 г. западного альянса против Югославии и расправу над Ливией. Но, как показывают события, и в пером, и во втором случаях история пока не завершилась.

Две войны в Ираке с показательной казнью иракского лидера Саддама Хусейна, война на Балканах и устроенные неправосудные преследования сербских лидеров, учиненный Западом военно-политический беспредел и внутренний хаос в Ливии с убийством признанного в мире лидера государства Муаммара Каддафи, неспособность США и НАТО «умиротворить» Афганистан, провал всех попыток давления Вашингтона и его ближайших союзников на Иран показали тщетность усилий, а зачастую и нежелание Запада и его лидера обеспечить военно-политическую стабильность и спокойствие в мире. Загубили сотни и миллионы человеческих жизней, а своего не добились. И не признаются в этом.

Чем дальше, тем больше дает о себе знать пресловутая американская стратегия «управляемого хаоса», позволяющая Западу по-прежнему «мутить воду» в международных делах и организациях, используя создаваемую таким образом нестабильность в своих интересах. Интересно, что этот хаос начал переноситься на территории самих США и Европы.

Именно это побуждало американские администрации сначала Буша, а затем Клинтона и Обамы при поддержке их ближайших союзников и услужливых вассалов переходить к решению стратегических задач США и Запада в целом чужими руками — путем устройства в зонах их интересов «цветных революций», подталкивания событий «арабской весны», провоцирования активных вооруженных выступлений экстремистских и террористических группировок против неугодных Вашингтону законных правительств с последующей поддержкой их оружием, боеприпасами, инструкторами и т.п. Все это происходило при активном участии в этих процессах финансируемых США местных коллаборационистов, национальных предателей и разного рода наемников.

Наглядно это проявилось в Сирии, особенно под конец 2016 года, и будет давать знать о себе и впредь. До этого были Грузия, Украина, Киргизия и др. Как все это будет происходить при новом президенте США Дональде Трампе, говорить преждевременно. Но что-то новое обязательно проявится.

Во-вторых, блеск военного потенциала западных стран заметно потускнел по сравнению с периодом их противостояния Советскому Союзу в годы «холодной войны». Западных политиков явно подвела эйфория по поводу «легкой победы над Москвой» в начале 90-х годов. Пока на Западе расслаблялись и праздновали свою «победу», легкомысленно отводя России роль несерьезной региональной державы и «колосса на глиняных ногах», отрабатывали на практике технологии «мягкой силы» Москва зря времени не теряла, хотя и у нее одно время господствовали демобилизационные настроения, приводившие к непродуманным решениям в национальном военном строительстве.

В-третьих, Запад был явно обескуражен высокой боевой выучкой и эффективностью действий российских военных в Сирии. Выяснилось, что Россия в профессионализме своих военнослужащих и в военно-техническом отношении быстро уходит вперед и теперь уже Западу придется догонять ее, причем, на многих чувствительных направлениях: стратегических вооружений, бронетанковой техники, артиллерии, средств ПВО и РЭБ, боевой авиации, военно-морских вооружений и др.

В-четвертых. Мир все-таки меняется. Теперь уже и в ключевых странах Запада общественность стала лучше разбираться в решениях своих правящих элит на применение вооруженных сил за пределами национальных границ. Отныне любое такое решение может потребовать серьезной работы властей с обществом, и еще не факт, что любителям и инициаторам новых военных авантюр удастся легко договариваться со своими гражданами. Масштабная антироссийская информационно-пропагандистская кампания, развернутая сегодня на Западе, как раз и нацелена на то, чтобы сделать западного обывателя послушным исполнителем воли своих политиков.

Наиболее динамично и остро геополитические процессы 2016 года протекали на Ближнем Востоке. Как указывалось выше, наибольшее влияние на характер и содержание обстановки на Ближнем Востоке оказали именно события в Сирии и вокруг нее. И это закономерно, так как слишком много внешних игроков пытались и по-прежнему стремятся обеспечить свои интересы посредством прямого или опосредованного вмешательства в сирийские события, а через них – в региональные процессы.

Сирийский кризис – это серьезнейший геополитический фактор и вызов международной безопасности последних лет, относиться к которому необходимо также предельно ответственно и серьезно. При рассмотрении ситуации в Сирии и вокруг нее следует исходить из понимания того, что она является не случайным и локальным явлением, оторванным от большой военно-политической стратегии Запада, а ее прямым продолжением. Сердцевиной этой стратегии является установка на максимальное ослабление или полное уничтожение любых соперников и конкурентов Вашингтона и блокирование попыток России усилить свои позиции в мире. Именно поэтому вооруженную активность терроризма в Сирии и Ираке и внешнюю поддержку антиасадовских сил следует считать продолжением расширения масштабов, приемов и форм ведущейся уже давно многоуровневой войны Запада против союзников России в арабском мире и против самой России.

В последние месяцы 2016 г. этот тезис получил полное подтверждение на примере событий в Сирии. Если еще в начале года проходила только фрагментарная и как бы случайная информация об участии западных спецслужб и их военных инструкторов и специалистов в поддержке террористов, то уже к ноябрю-декабрю это стало вполне очевидным. Это объясняет все: и практически беспрепятственное появление таких мощных международных террористических организаций на Ближнем Востоке как «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ, в дальнейшем – ИГ), «Фронт ан-Нусра» и другие экстремистские группировки, и обильный приток денег в эти организации, свободное пополнение их рядов боевиками со всего мира, доступ ИГ и других террористических группировок к внешним источникам оружия и боеприпасов и те уловки, к которым прибегала американская администрация Обамы с целью уклониться от конкретных договоренностей с Россией по совместной борьбе с международным терроризмом.

Сегодня можно представить картину тех геополитических изменений, которые произошли бы на Ближнем Востоке, не подключись Россия по просьбе сирийских властей к отражению агрессии международного терроризма против Сирии. Возможность падения сирийского правительства предопределялась всем ходом событий. Не окажи Россия помощи Башару Асаду, Сирии как независимого государства уже не существовало бы, а вся ее территория превратилась бы в сплошную зону хаоса, геноцида и повсеместного террора со стороны радикальных исламистов-ваххабитов против представителей других сирийских религиозных конфессий. Не следует забывать, что многие тысячи террористов вошли в Сирию со своими семьями с явными намерениями после свержения правительства Асада остаться в ней на постоянное проживание. Так было в VII веке, когда ислам вышел за границы Аравийского полуострова и начал завоевания соседних государств и территорий. И вот, эта историческая практика находит свое воспроизводство в XXI столетии в Ираке и Сирии да и в других странах тоже.

Победитель, как известно, диктует свои условия побежденному. Что касается Сирии, то здесь победитель даже и не подумал бы выставлять сирийцам свои условия, а прямо брал бы все, что ему было нужно: жилье, источники жизнеобеспечения, всю экономическую инфраструктуру, ресурсы и т.п.

Но это только одна сторона вопроса. Другая могла бы состоять в том, что Сирия при таком исходе становилась бы полностью зависимой от воли и замыслов главного идеолога исламского мира Саудовской Аравии и мощным центром международного терроризма, способного повторить сирийский сценарий в других странах, таких как Египет, Ливия, Ливан, Тунис и далее по списку. Что тогда получил бы мир? Представить несложно.

В создавшейся ситуации только Россия из числа великих держав по-настоящему серьезно и глубоко поняла всю опасность, исходящую от быстро развивавшегося очага международного терроризма на территории Сирии, и пошла на оказание гласной и прямой военной помощи законным сирийским властям по их же просьбе.

Решение высшего политического и военного руководства России на применение российских Вооруженных Сил для оказания непосредственной военной помощи дружественной Сирии в борьбе против терроризма не было спонтанным и непродуманным. В Москве, судя по многим событиям и признакам, понимали, что, отдав Сирию «на съедение» международному терроризму и его спонсорам, Россия может надолго лишиться возможностей возвратиться на Ближний Восток и в Северную Африку. Но, что более актуально на сегодня, ступив в борьбу с международным терроризмом на территории Сирии, Россия отодвинула фронт борьбы с главными силами международного терроризма на тысячи километров от своих границ. Не завершив полного разгрома террористов в Сирии, а если потребуется, то и на других территориях, Россия вряд ли обезопасит себя и своих союзников от новых террористических угроз. Москве не стоит повторять ошибок СССР, преждевременно выведшим свои войска из Афганистана в 1989 году.

Военная помощь, оказываемая Россией правительству Башара Асада в борьбе против терроризма, привела к вполне конкретным геополитическим переменам на Ближнем и Среднем Востоке и в общей политической атмосфере и настроениях в мире.

Сорваны планы главных спонсоров террористов по превращению многоконфессиональной и живущей в основном по светским законам и правилам Сирии в жестко структурированное ваххабитское суннитское государство.

Созданы условия и возможности для сохранения сирийской государственности, что очень важно для обеспечения общей геополитической стабильности и безопасности как на Ближнем Востоке, так и в соседних регионах. Но на пути к полной реализации этих возможностей остается еще много серьезных препятствий.

Несмотря на серьезный ущерб, нанесенный международным терроризмом находящимся на территории современной Сирии памятникам тысячелетней материальной и культурной истории прежних цивилизаций, сохранились надежды на их хотя бы частичное спасение и восстановление.

Важнейшими геополитическими последствиями вооруженного конфликта в Сирии стали оформление в регионе двух ситуативных коалиций государств по признаку и принципам их отношения к режиму президента Башара Асада и характеру сотрудничества с ним.

Россия, Иран и боевые формирования палестинцев организации «Хезболла» оказали прямую военную, политическую и гуманитарную поддержку сирийской стороне. При этом они опираются только на собственные возможности и ресурсы.

Важнейшим событием в контексте этой поддержки стало достижение согласия между Россией и Ираном о совместных действиях против террористов на территории Сирии. О глубине этого взаимодействия говорят такие факты как согласие иранской стороны на использование ее воздушного пространства российской авиацией и крылатыми ракетами «Калибр», предоставление иранским руководством своей авиабазы «Хамадан» для промежуточных посадок и обслуживания российских боевых самолетов, обмен разведывательной информацией, регулярные контакты и консультации между руководителями военных ведомств двух стран и др. Достижение согласия о совместных боевых действиях в Сирии следует расценивать как знаковое историческое событие в российско-иранских отношениях, создающее основу для дальнейшего наращивания взаимодействия России и Ирана на других направлениях и в других сферах.

В России было немало сторонников выстраивания с Ираном отношений стратегического партнерства. И вот, наконец, это состоялось. Сделать это раньше мешали ограниченность политического и стратегического мышления многих российских политиков, а также сопротивление со стороны прозападно настроенных ответственных лиц в высших политических кругах России. Вместе с тем, развитие отношений с Ираном потребует от российской стороны большого терпения и осмотрительности. Иранцы знают себе цену и никогда не будут действовать во вред своим интересам.

Другая группа стран в составе Саудовской Аравии, Катара, Кувейта, Иордании и Турции изначально пошла по пути ликвидации Сирии как независимого и суверенного государства. Но по ходу развития событий в Сирии и вокруг нее выяснилось, что эта группа оказалась не столь монолитной и дееспособной, как это могло показаться на первом этапе войны. Арабские монархические режимы Аравийского полуострова, являющиеся главными идейными вдохновителями и организаторами войны против нынешнего сирийского государства, не смогли предоставить террористическим группировкам, действующим на сирийской территории, непосредственной военной поддержки своими войсками. Выделяемые ими деньги шли в основном на закупки террористами оружия, вербовку наемников и их подготовку, на денежное содержание боевиков.

Что касается Турции, то в итоге ей пришлось отказаться (возможно, временно) от своих далеко идущих планов и намерений в отношении президента Сирии Башара Асада и пойти на военное и политическое сотрудничество с Россией и Ираном в борьбе против непримиримых террористических группировок ИГИЛ и «Фронта ан-Нусра». Россия, Иран и Турция возглавили также процесс политического урегулирования в Сирии.

Упомянутая группа арабских стран, финансирующих антиасадовские силы, помимо собственных немалых возможностей пользовалась широкой политической и негласной военной поддержкой западных стран. Официальные лидеры последних произнесли немало слов о своей приверженности борьбе с международным терроризмом и даже предпринимали в подтверждение своих слов определенные политико-дипломатические акции в международных организациях и некие военные действия чисто демонстративного характера. Но как показало развитие военной ситуации в Сирии, одновременно с этим предпринимались серьезные усилия в направлении поддержки террористических группировок советниками и инструкторами, обеспечения их вооружением, информационным прикрытием и т.п.

Наблюдая в репортажах из Сирии за тем, сколько и каких боеприпасов, взрывчатки, оружия и другого подобного «добра» обнаруживают на сирийской территории российские саперы и сирийская армия, трудно поверить в то, что террористы ввезли все это в страну самостоятельно без посторонней помощи. Так же как и едва ли они смогли бы самостоятельно создать на сирийской территории множество мастерских и производств по выпуску вполне технологичных и эффективных образцов простого вооружения и боеприпасов.

К концу 2016 года главные силы террористических группировок в Сирии понесли серьезные потери и были вынуждены покинуть ряд своих стратегических позиций, важнейшими из которых были пригороды Дамаска и т.н. вторая столица страны Алеппо. Но борьба против террористов на территории Сирии еще далека от завершения. Страна все еще разорвана на части. Почти половина ее территории все еще находится под контролем террористических организаций. Потребуются еще немалые военные, политические и дипломатические усилия для того, чтобы обеспечить мир в Сирии и на Ближнем Востоке в целом.

На Западе, особенно в Европе, по-видимому, не ожидали, что события в Сирии так глубоко и сильно затронут вопросы европейской интеграции и безопасности. Большинство европейских правительств и их политических лидеров оказались неготовыми к внешне неуправляемому наплыву на территории их стран миллионов мигрантов. Культивировавшаяся европейскими правящими партиями и их лидерами в течение ряда последних лет стратегия мультикультурализма рассыпалась вдребезги, как только многие тысячи мусульман из Ближнего и Среднего Востока, Южной Азии и Африки высадились на европейское средиземноморское побережье и начали упорно пробиваться на север вплоть до Великобритании, оседать во временных лагерях, вносить свои обычаи и нравы в размеренную и сытую жизнь европейцев.

Европа стала стремительно «зеленеть», и это наводит на мысль, что эта миграционная агрессия против европейцев и не только против них стоит в ряду других запланированных шагов главных идеологов и организаторов движения к т.н. «всемирному исламскому халифату». Последние хорошо известны. В первую очередь это арабские монархии Саудовской Аравии и Катара, а также расплодившиеся по всему миру экстремистские исламские партии, организации и центры, выступающие в роли передовых отрядов движения к «всемирному исламскому халифату». Без решительной борьбы с ними непосредственно в их же логове язвы терроризма будут поражать все новые и новые еще здоровые участки тела европейской цивилизации.

Эти процессы оказывали прямое воздействие на ситуацию в Евросоюзе, где стали возникать ощутимые разногласия между его членами по вопросам текущей политики и стратегии дальнейших действий, а то и судьбы этого объединения. После решения Великобритании о выходе из Евросоюза (т.н. breхit) некоторые другие его члены тоже призадумались о своем членстве в этом союзе, бюрократия которого, похоже, больше заботится о своих собственных интересах, а не о национальных приоритетах государств-членов этого европейского объединения.

Нерешительные и противоречивые действия в создавшейся ситуации ряда современных европейских лидеров серьезно скомпрометировали их репутацию и поставили под вопрос их политическое будущее. Похоже, что в Европу приходит время других партий и лидеров, ориентированных не на «общеевропейские ценности», а на национальные интересы своих стран. Европа пожинает плоды бездумной и безоглядной поддержки политики прежних американских администраций, увлекавшихся борьбой с Россией, организацией «цветных революций», поддержкой «управляемого хаоса» в зонах собственных интересов, заигрываниями с экстремистскими движениями и организациями. Сегодня это очевидно, как никогда прежде.

Характерно, что бюрократические структуры Евросоюза и лидеры некоторых стран-членов этого объединения так и не поняли или не захотели понять истинных причин миграционного нашествия и пытаются обвинить во всех своих бедах Россию и лично российского президента Владимира Путина. Развернутая европейскими политиками яростная информационная война против нашей страны, призывы к сохранению антироссийских экономических и иных санкций, постоянные запугивания европейцев мифической российской военной угрозой, демонстративные меры по усилению группировки сил НАТО в непосредственное близости к границам Росси – все это попытки ухода от трезвой оценки реальностей дня и увода внимания европейской общественности от главных причин переживаемых Европой трудностей. Так и хочется сказать, обращаясь к европейским политическим умникам: «не против того боретесь, господа! Ваши настоящие недруги и гробовщики европейской цивилизации находятся совершенно в другом месте!». Но куда там!

Произошли изменения и на других направлениях. В связи с отсутствием стабильности в спросе и мировых ценах на нефть происходило некоторое ослабление позиций главных нефте- и газодобывающих стран арабского мира: Саудовской Аравии, Катара, Кувейта. ОПЕК вынуждена идти на снижение квот на добычу нефти. Заморожена реализация широко рекламировавшихся новых крупных проектов по прокладке трансконтинентальных нефте- и газопроводов из Аравийского полуострова и зоны Каспия в Европу. В то же время возросли объемы незаконной добычи нефти в кризисных зонах (Ирак, Сирия, Ливия) и контрабандного вывоза ее на внешние рынки по заниженным ценам. Примечательным фактом явилось и то, что возрос авторитет России среди стран-производителей нефти при согласовании уровней добычи нефти и объемом поставок ее на мировые рынки.

Кризис с нефтяными ценами и снижение удельного веса арабских нефтедобывающих стран в общем мировом нефтегазовом балансе только подстегивает упомянутые арабские нефтедобывающие монархии к расширению поддержки террористических исламских организаций и группировок. И это можно видеть как в Сирии, так и в других зонах. Правящим династиям и политическим лидерам в Эр-Рияде, Дохе и в некоторых других арабских столицах кажется, что все это серьезно поправит их дела. Но это им только кажется.

Все то, о чем было сказано выше – факторы второго ряда по степени их влияния на развитие геополитической ситуации в мире в истекшем году. На первом месте по силе воздействия на общий характер и содержание политической картины мира находились стратегия и практические действия ведущих мировых держав, в первую очередь США, России и Китая.

Главными факторами, определявшими содержание и направленность развития геополитических процессов в мире в истекшем году, стали президентская избирательная кампания в США, растущая военная мощь России и активные боевые действия ее Вооруженных Сил против сил международного терроризма в Сирии, а также дальнейшее наращивание сотрудничества и взаимодействия между Россией и Китаем. Другие проблемы геополитического характера (кризис на Украине, обстановка на Корейском полуострове, противостояние в зонах т.н. «горячих точек»: Нагорный Карабах, Индия-Пакистан, Афганистан и др.) на фоне событий на Ближнем Востоке и в Европе в 2016 году оставались на втором плане, варились, что называется, в собственном соку и серьезных озабоченностей у международного сообществ не вызывали. Но все может круто измениться уже в ближайшем будущем, с большой долей уверенности — уже в 2017 году.

Приоритетность фактора президентской избирательной кампании в США по ее влиянию на геополитическую ситуацию в мире обусловлена, прежде всего, тем огромным влиянием, которое оказывал и по-прежнему оказывает Вашингтон на многие страны мира и особенно их лидеров. Секреты этого влияния очень просты. В Европе и в некоторых других регионах мира, находящихся под властью американского капитала или стремящихся к этому, по-прежнему верят во всемогущество Соединенных Штатов, в доллар, в том, что американцы всех защитят, всех накормят и дадут денег на военные расходы, а в случае необходимости — перебросят в Европу дополнительное количество войск и т.д.

Как будет действовать новая администрация США в отношении своих союзников, говорить преждевременно, хотя желания одних (скажем, англосаксов) и тревоги других (Евросоюз) сегодня уже обозначены и даже озвучены. Вопреки совсем недавним представлениям о быстром включении администрации Дональда Трампа в решение сложных проблем внутренней и внешней политики государства и мироустройства, новый хозяин Белого Дома пока увяз в вопросах противостояния своим политическим соперникам и недоброжелателям в собственной же стране и самоутверждения в новой для себя политической роли главы государства.

Из новых геополитических процессов, проявившихся в мире в течение последних полутора-двух лет, сегодня на передний план вышли следующие.

Процесс переоценки и перезагрузки общей картины расстановки и соотношения сил в мире. Сегодня уже очевидно, что идея однополярного мира во главе с США оказалась для американцев, что называется, не по зубам, хлтя они и не признаются в этом. Вашингтону не удалось реализовать ее по целому ряду внутренних и внешних причин, главными из которых являются переоценка им своих возможностей, явный дефицит национальных ресурсов, а также нарастание оппозиции и сопротивления со стороны ряда государств и движений тому мироустройству, которое навязывается им американскими стратегами и политиками.

Возможная схема многополярного мира, о которой периодически заявляют на различных уровнях и международных форумах, пока весьма далека от своей материализации. Сегодня решающую роль в противодействии попыткам втянуть международное сообщество в схему однополярного мира играют реальные центры сил в лице России и Китая. Другие крупные государства не западного блока, на которые нередко указывают как на центры сил возможного многополярного мира (Индия, Бразилия), пока не готовы стать таковыми. Что касается Евросоюза, то при всем его значительном потенциале, он пока тоже не склонен брать на себя ответственность за судьбы всего мира, хотя к этому его и подталкивают некоторые его члены типа Польши и прибалтийских стран.

Нарастание ожиданий изменений в геополитической картине мира в связи с результатами выборов президента США. В наименьшей степени этот процесс должен затрагивать Россию и Китай, так как эти страны осознают, что при любой американской администрации будут рассматриваться Вашингтоном в качестве его главных противников, стратегических конкурентов и соперников. Именно поэтому они морально и материально должны быть готовыми к любым изменениям военно-политического курса США. Что касается других стран, много лет находящихся в сфере американского влияния, то они были бы не против сохранения характера и содержания прежних отношений с Вашингтоном, построенных на простых схемах «хозяин–батрак», «начальник-подчиненный» и им подобных. Но избрание Дональда Трампа очередным президентом США вносит какие-то коррективы в эти схемы, что и вызывает определенные ожидания, замешанные на опасениях худшего и надеждах на то, что все пройдет и в итоге ничего не изменится.

Геополитические изменения на Ближнем Востоке. Решительными действиями воинских контингентов России и Ирана разорвана казавшаяся беспрерывной цепь «арабской весны». Нанесено поражение главным силам наиболее опасных террористических группировок, взявших на себя роль ударной силы в реализации не умирающей на протяжении уже не одного столетия идеи «всемирного исламского халифата», т.е. стремления радикальных кругов и сил исламского мира навязать свои религиозные взгляды и практику жизни всем остальным жителям планеты. Отныне Россия становится доминирующей военной и политической силой на Ближнем Востоке. Но для закрепления на этих позициях ей еще предстоит пройти сложный путь конвертации своих военных успехов на поле боя в значимые для нее геополитические и экономические дивиденды.

Актуальными на сегодня являются новые геополитические процессы в Европе, ставящие под вопросы реальность сохранения т.н. «европейского единства», европейского суверенитета и судьбы Евросоюза. Судя по последним событиям в европейской зоне, ожидать серьезных геополитических изменений там в ближайшей перспективе пока не стоит, хотя разговоры о неминуемом развале Евросоюза продолжают иметь место. Вашингтон и Брюссель предпримут все зависящее от них, чтобы сохранить их военно-политические структуры и связи, оживить НАТО и его деятельность, повысить вклад всех европейских членов Североатлантического союза в повышение боевых возможностей блока.

Ситуация с военно-политическим будущим Европы может проясниться только по результатам президентских и парламентских выборов во Франции и Германии, а также по итогам окончательного выяснения перспектив новых отношений между США и Евросоюзом.

Одним из важных геополитических изменений на Среднем и Ближнем Востоке стало налаживание результативного экономического, политического и военного взаимодействия и сотрудничества между Россией и Ираном. Как долго будет сохраняться эта ситуация, никто сегодня оценить не в состоянии. Ясно только то, что Россия заинтересована в наращивании многовекторного и плодотворного сотрудничества и взаимодействия с Ираном. Что касается Тегерана, то его далеко идущие национальные амбиции (закрепление присутствия в Сирии, наращивание позиций в Ираке с целью вовлечь эту страну в сферу своего стратегического влияния, сохранение антиизраильского военно-политического курса, непримиримость в отношении Саудовской Аравии и др.) могут периодически создавать трудности для российской политики на иранском направлении.

Обращает на себя внимание и постепенная трансформация позиции и поведения Турции в сирийской ситуации и в целом на Ближнем Востоке. Президент страны Эрдоган по-прежнему маневрирует, полагая, что это позволит ему сохранить позиции Турции как на Западе, так и в ближневосточном регионе.

Геополитическая картина мира находится сегодня под давлением разновекторных процессов, угроз и вызовов, способных создать серьезные помехи в развитии отдельных стран и регионов и в обеспечении их безопасности. Собственно говоря, так было и в прошлом, но сейчас все это развивается в условиях разваливающегося привычного мирового порядка и нарастающей нестабильности, что создает новые вызовы, угрозы и риски. Не уходят также и мысли о возможности новой большой войны. Человечество, похоже, еще далеко не в полной мере осознало всю сложность и опасность той ситуации, в которую его ведут недальновидные и властолюбивые политики.

2017 год станет для мира не менее напряженным, чем предыдущий. К существующим факторам влияния на геополитическую ситуацию добавятся новые, и России надо будет строить свою внутреннюю и внешнюю политику уже с учетом ожидаемых новых реалий.

Анатолий Гушер,
Генеральный директор АНО «Центр стратегического развития»
Член Научного совета при Совете Безопасности РФ
Генерал-майор в отставке

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *