США в полушаге от сокрушения остатков стратегической стабильности

Выход администрации Трампа из Договора о ракетах средней и меньшей дальности усилит международную напряжённость в Европе и Восточной Азии

20 октября Президент США Дональд Трамп объявил о предстоящем выходе Соединённых Штатов Америки из Договора о ракетах средней и меньшей дальности, подписанного Президентом США Рональдом Рейганом и Генеральным секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачёвым 8 декабря 1987 года. Несколькими днями позже, 22-23 октября, состоялся визит в Москву советника президента США по национальной безопасности Джона Болтона, который, согласно многочисленным утечкам американских СМИ, должен был довести чёткую и однозначную позицию Вашингтона по данному вопросу до российского руководства.

Встреча Владимира Путина и Джона Болтона

Двухдневное пребывание фактического куратора внешней политики США в Москве оказалось предельно насыщенным и включало, помимо полуторачасовой встречи с Президентом России Владимиром Путиным, многочасовые переговоры с секретарём Совета безопасности Николаем Патрушевым, министрами иностранных дел и обороны Сергеем Лавровым и Сергеем Шойгу. Из того, что сопровождалось телекамерами, следует выделить посещение Могилы неизвестного солдата, возложение цветов к месту гибели Бориса Немцова и встречу с работающими в России американскими бизнесменами.

В интервью изданию «Коммерсант» господин Болтон еще раз подтвердил свою репутацию сторонника жёсткой линии в ключевых вопросах контроля над вооружениями. В частности, он в очередной раз обвинил Россию в неких «нарушениях», не предъявляя, по сложившемуся обыкновению, ни малейших доказательств. При этом сами США де-факто располагают, к примеру, противоракетами средней дальности SM-3 семейства Standard, позиционные районы которых разворачиваются в Румынии и Польше (а в будущем и в Прибалтике) в рамках создаваемой системы европейской противоракетной обороны. Возможно, на боевом дежурстве там уже стоят ракеты средней дальности Tomahawk в ядерном оснащении, что лишний раз доказывает неразрывную связь «оборонительных» и наступательных вооружений. Напомним, из Договора об ограничении систем противоракетной обороны 1972 года администрация Джорджа Буша-младшего вышла ещё в 2002 году, и последующая их разработка стала препятствием на пути укрепления международно-правовой системы контроля над вооружениями. Сегодня США возвращаются к логике именно тех времён: дескать, если любой взаимообязывающий договор может быть нарушен (а в том, что он нарушается именно Россией, Вашингтон убедил себя и активно убеждает других), то зачем связывать себе руки?..

И вовсе не случайно Джон Болтон (и не только он) намекают на неопределённую судьбу Договора о стратегических наступательных вооружениях, действие которого заканчивается в 2021 году без особых шансов на дальнейшее выживание и тем более продление. Также отнюдь не случайно то, что вопрос о мифических «нарушениях» Россией ДРСМД был включен в повестку дня состоявшегося 3-4 октября в Брюсселе Совета министров обороны государств – членов НАТО, где с соответствующими обвинениями выступил глава Пентагона Дж. Мэттис. Сам факт того, что США информировали по этому поводу своих союзников и интерпретировали их реакцию как поддержку своих действий, свидетельствует о том, что решение о выходе из Договора, поддержанное влиятельным военно-промышленным комплексом, уже принято. Как и выпущенный в минувшем феврале Обзор ядерной политики, авторы которого настаивают на необходимости разработки ракет средней дальности наземного базирования. При этом озабоченности Москвы очевидными нарушениями Договора со стороны США, включая использование корабельных установок вертикального пуска Mk41, способных выстреливать ракетами среднего радиуса действия, а также ударными беспилотными летательными аппаратами (а также много чем ещё), не удостаивались какого-либо внимания со стороны партнёров.

Таким образом, политика США по развалу существующей и без того предельно шаткой системы контроля над вооружениями носят последовательный и внутренне чётко взаимоувязанный характер, преследуя отнюдь не только сугубо военные цели. Как известно, размещение в 1983 году не европейском континенте «Першингов» не в последнюю очередь было обусловлено стремлением администрации Рейгана оказать психологическое давление на тогдашнее советское руководство (и именно тогда началась карьера в Республиканской партии Джона Болтона). Постоянное балансирование на опасной грани, включая начавшуюся «гонку вооружений», вкупе с нарастающими проблемами в экономике, в конце концов, привели к началу пресловутой горбачёвской «перестройки» с прогрессирующим коллапсом государственного управления и к общеизвестным деструктивным процессам, финальная точка в которых была поставлена в декабре 1991 года. Тем не менее, и Советский Союз, пусть даже на излёте своего существования, и нынешняя Россия обладают достаточными возможностями для нанесения ответно-встречного удара, хотя, конечно, сокращение подлётного времени до центральных районов страны (если, к примеру, американские ракеты средней дальности появятся где-нибудь под Харьковом), мягко говоря, не сделают новый статус-кво более предсказуемым. Склонность американских стратегов к использованию когда-то оказавшихся успешными технологических схем и моделей, апробированных к новым условиям, общеизвестна – не менее, чем их наплевательское отношение к любым международным договорам и соглашениям, переставшим по какой-либо причине представлять интерес или материальную выгоду.

Среди российских экспертов также распространена точка зрения о том, что подписанный более 30 лет назад договор во многом устарел, превратившись в ничего не значащую бумажку, не отвечающую требованиям поддержания и воспроизводства стратегической стабильности в XXI веке. Помимо его явно неравноправного для горбачёвского СССР характера – хотя бы потому, что его действие распространяется исключительно на США и (после 1991 года) на Россию, никоим образом не затрагивая третьи страны, активно развивающие ракетные технологии. Согласно договору, американцы уничтожили 846 ракет средней дальности. Включая «Першинги-2А» и частично наземные «Томагавки», в то время как СССР / Россия – 1846 ракет, в частности, класса «Пионер» на подвижной автомобильной базе дальностью 5500 км с тремя разделяющимися и самонаводящимися боеголовками, значительно превосходивших по эффективности те же «Першинги», отмечает глава Академии геополитических проблем Леонид Ивашов. Любые уступки со стороны противника расцениваются как тактический успех, который необходимо развивать и дожимать с целью обретения стратегических преимуществ, чего, собственно, американским партнёрам удалось добиться на рубеже 1980-х – 1990-х годов. «Как это было в 1990-1991 годах, когда распадался СССР, Америка сегодня пытается послать Москве четкий сигнал: принесите нам акт о безоговорочной капитуляции, потому что мы все равно сильнее. Об этом говорит президент Трамп, требующий от России в качестве условия новой нормализации «прийти в себя», – считает главный научный сотрудник Института США и Канады РАН Владимир Васильев.

Сегодня цели США тем более носят комплексный и подчёркнуто экспансионистский характер, включая, помимо российского направления, также китайское и европейское. Разработка и размещение на Гавайях и на территории ряда государств Восточной и Юго-Восточной Азии ракетных комплексов радиусом действия от 500 до 5500 км призваны «сдержать» Пекин и оказать на влияние на его внешнюю политику в нужном Вашингтоне направлении. В апреле 2008 года глава Тихоокеанского командования адмирал Гарри Харрис, выступая в Комитете по вооруженным силам Сената, заявил о том, что пересмотр Договора о РСМД позволит американцам лучше конкурировать с Китаем. По мнению эксперта CSIS Эрика Сейерса, развертывание условно-вооруженных ракет среднего радиуса действия может оказаться ключевым для подтверждения военного превосходства США в макрорегионе Восточной Азии. Теоретическая возможность уничтожения ключевых инфраструктурных объектов теперь уже и во внутренних районах Китая, а не только в прибрежных провинциях, рассматривается как важный способ сделать Пекин более сговорчивым по ключевым вопросам. Размещение же ракетных систем на территории ряда европейских стран при усиленной эксплуатации русофобских комплексов местных элит позволит укрепить там американское доминирование, обострить конфликты с Москвой, создать более благоприятные условия для экспорта американского СПГ, а также к дальнейшей экспансии НАТО в Арктику и решения иных актуальных геополитических задач.

* * *

Несмотря на свои очевидные уязвимости, договор о РСМД на протяжении длительного времени имел немаловажное значение для европейской безопасности, в том числе с точки зрения создания определённой атмосферы взаимного доверия, верификационных процедур и т.д. Отсутствие юридически обязывающих договорённостей в столь чувствительной ракетной сфере, мягко говоря, не будет их достижению в сфере гиперзвукового оружия, космических систем, ракет дальнего действия, противодействия киберугрозам и по другим направлениям. В Москве до последнего надеются на здравый смысл партнёров: «Мы же даже практически не отвечаем ни на один ваш шаг. Нет, это все продолжается и продолжается», – сказал в ходе публичной части беседы с Болтоном Владимир Путин, отметив также пусть и небольшой, но все-таки рост российско-американском торговли.

Представляется, однако, что призывы, «несмотря на различные подходы, искать точки соприкосновения», не подкреплённые соответствующими аргументами (которые, как мы убедимся ниже, имеются) вряд ли встретят позитивный отклик. Собственно, это признал и сам вашингтонский эмиссар, признавшись, что «оливковую ветвь» он с собою не привёз. В этом, собственно, никто и не сомневался, особенно в условиях, когда Дональд Трамп, адресуясь, несомненно, Москве и Пекину, обещает увеличение ядерного потенциала США: «У нас есть столько денег, сколько нет больше ни у кого, и мы будем увеличивать свой ядерный потенциал, пока они не придут в себя». Помимо этого, вводятся в строй новые подводные лодки, способные нести ядерное оружие, ведутся разработки дальнобойных артиллерийских систем радиусом действия более 500 километров, способных стать фактором резкого обострения военной ситуации в Восточной Европе.

Минимизируя подлётное время, последовательно продвигаясь по пути к «глобальному обезоруживающему удару», США стремятся к тотальной стратегической неуязвимости, игнорируя при этом интересы даже ближайших партнёров. Казалось бы, эта безвыходная ситуация, при должной проработке вопроса, тем не менее, открывает возможности для консультаций по формированию системы коллективной безопасности на европейском континенте. В том числе – в контексте выработки механизмов мониторинга и совместного реагирования на неизбежные инциденты, способные, в ситуации неопределённости и взаимного недоверия, привести к непредсказуемым последствиям. Востребованным может оказаться также и доверительный диалог военных представителей (возможно, отставников), призванный не допустить ошибок, способных оказаться роковыми для всего человечества.

Очевидная альтернатива – ответное расширение позиционных районов зенитно-ракетных комплексов «Искандер», нацеленных, в том числе, и американские военные объекты в Европе. Речь также может идти о создании модификации крылатых ракет «Калибр» наземного базирования, об увеличении интенсивности воздушного и морского патрулирования в Европе. Наконец, риски для континентальной части Соединённых Штатов за пределами создаваемой ими системы противоракетной обороны также могут некоторым образом возрасти, в том числе – за счет военно-технической кооперации России с третьими странами. В частности, известный военный эксперт Игорь Коротченко предложил обсудить идею совместных учений российских и китайских Стратегических ядерных сил, а также разработку механизма выдачи китайской стороне по наиболее опасным для неё направлениям информации российской Системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН).

И это – только некоторые из возможных ответных шагов Москвы, которые в любом случае будут носить асимметричный характер, позволяя не ввязываться в изнурительную и ведущую в никуда неограниченную гонку вооружений. Безусловно, имеются и другие, связанные, в частности, с анонсированными Владимиром Путиным технологическими разработками нового поколения. Несмотря на более высокие абсолютные показатели военного бюджета «сияющего града на холме», оборонные программы России, несмотря на проблемы с реализацией отдельных проектов – в целом намного дешевле и намного эффективнее. Модернизация ядерного арсенала приводит к появлению новых возможностей, так что в конечном итоге может оказаться, что своими безрассудными действиями по обрушению остатков договорной системы по контролю над вооружениями американские «ястребы» стреляют в ногу собственной, как они искренне полагают, единственной и неповторимой сверхдержаве.

Известно, что люди, служившие в армии и понимающие цену способной выйти из-под контроля глобальной конфронтации, зачастую в большей степени отдают себе отчёт относительно её пагубных последствий. Именно поэтому они более восприимчивы к достижению договорённостей по контролю над вооружениями, нежели подобные Болтону не служившие в армии безответственные политиканы-«неоконсерваторы». Впрочем, теоретически даже последние не могут не понимать, что ни текущий военно-политический шантаж, ни даже вероятное официальное начало американской стороной процедуры выхода из договора российское руководство не пугает. Одним из практических результатов московских переговоров Болтона стала договорённость об очередной российско-американской встрече высшего уровня. Как известно, она запланирована в Париже на 11 ноября – через несколько дней после промежуточных выборов в Конгресс, в преддверии которых американский лидер и лица из его ближайшего окружения усиленно демонстрируют свою безбашенную внешнеполитическую «крутость». Так что некоторая, пусть и весьма призрачная, надежда на относительно конструктивный характер российско-американского диалога, обусловленного сохраняющимся паритетом возможностей взаимного гарантированного уничтожения, всё-таки сохраняется.

Дмитрий Нефёдов

Источник: «ВПА».

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *