Евразийская геополитическая концепция развития российской государственности: исторические аспекты и современная практика реализации

В последнее время очень многое говорится о так называемой «мягкой силе» как инструменте противоборства в современных цивилизационных конфликтах. Свое концептуальное оформление она получила в начале 90-х годов, на основе анализа глобальных процессов, приведших к крушению СССР. И вполне закономерно, что пионерами в этой области стали именно американцы в силу осознания эффективности подобного рода технологий для достижения своих интересов, целей и задач различного уровня, в том числе и глобального.

Мы же в настоящее время вынуждены изучать, анализировать данный феномен и его влияние на интересы и безопасность России.

Парадокс заключается в том, что технологии «мягкой» или «умной» силы, в отечественной политической практике применялись задолго до своей институализации в качестве таковых Дж. Наем и его коллегами. И именно эта технология была заложена в основу в концепции «собирания земель», ставшей доминантой развития российской государственности.

Вот, например, как Екатерина II определяет приоритеты кавказской политики России в один из наиболее критических периодов ее развития (фактического начала Кавказской войны, обусловленного восстанием шейха Мансура). Указом от 28 февраля 1792 года, в частности, подчеркивалось «что не единою силою оружия … побеждать народы, в неприступных горах живущие … но паче правосудием и справедливостью, приобретать их к себе доверенность, кротостью смягчать, выигрывать сердца и приучать их более обращаться с русскими». Этим же Указом Екатерины II кавказскому командованию  вменялось в обязанность строго следить, чтобы от русских подданных «не было чинено ни малейших притеснений и обиды горцам».

Это ли не проявление мягкой силы. Безусловно. И во много, благодаря этому произошло вовлечение кавказских народов в единое  российское политическое пространство и уже  в 1864 году была завершена самая продолжительная в истории России война – Кавказская. Россия же вышла тем самым на естественные рубежи обеспечения своей безопасности на данном направлении – Главный Кавказский хребет. Аналогичным образом, шло утверждение России в Сибири и на Дальнем Востоке, где собственно военная составляющая ограничилась лишь покорением  Сыпырского ханства Кучума, остальные же территории входили в состав России на основе договоров и прошений их владельцев. Принципиальным отличием освоения Сибири и Дальнего Востока от европейской колонизации было отношение к населению, проживающему на присоединяемых территориях. Конечно же, освоение не всегда носило изыскательский характер. Были и вооруженные столкновения, но в целом освоение территорий не носило истребляющего характера, как это было в процессе колонизации англичанами и французами Северо-американского континента, а затем и самими американцами. В итоге все народы этих регионов не только сами сохранились, но и сохранили свою самобытность, в отличие от территории США, где численность коренного населения составляет менее 1%.

Феноменом является также и то, что в мире нет более миролюбивого государства, и в то же время, в наибольшей степени вовлеченного в различного рода войны и вооруженные конфликты, чем Россия.

Война,  по сути, стала неотъемлемым атрибутом российской истории, причем независимо от социально-политического устройства страны.

Ни одна крупномасштабная война в Европе или Азии за последние 5 ‒ 7 столетий не происходила без прямого или косвенного участия Российского государства. По свидетельству, например, профессора Николаевской академии Генерального штаба Н.Н.Сухотина с 1368 г. по 1893 г. (дата проведения исследования), т.е. за 525 лет, Россия провела в войнах 353 года [4]. XX век принес еще, по крайней мере, 21 год войн, из которых две войны мировые, а также почти полувековую «холодную войну». К этому же, по-видимому, следует добавить также войну гражданскую и русские революции, 100-летие которых мы отмечаем в этом году, а также контртеррористические операции на Северном Кавказе в 90-х и на рубеже столетий.

XXI  же век ознаменовался очередным вовлечением России в военно-политическую конфронтацию, начатую нажатием печальной известной кнопки перегрузки во времена администрации Б. Обамы.

Данное обстоятельство стало основанием для формирования имиджа России как воинственного и агрессивного государства. Именно этот тренд является доминирующим в современной политике так называемого «сдерживания» России.

При этом осознанно игнорируется тот факт, что большая часть этих войн и конфликтов носили или же оборонительный характер или же являлись ответной реакцией на агрессивные действия своих соседей.

Пожалуй, наиболее объективно данный процесс охарактеризовал А. Тойнби, выразив данную доминанту в смысловых категориях «вызов-стимул-реакция».

Давление на Россию, как считает А. Тойнби, со стороны Польши и Швеции в XVII веке было столь яростным, что оно неминуемо должно было вызвать ответную реакцию. Временное присутствие польского гарнизона в Москве и постоянное присутствие шведской армии на берегах Нарвы и Невы постоянно травмировали русских, и этот внутренний шок подтолкнул их к практическим действиям … Понадобилось чуть более столетия, считая с подвигов Петра, чтобы Швеция лишилась всех своих владений на восточных берегах Балтийского моря, включая свои исконные земли в Финляндии. Что же касается Польши, то она была стерта с политической карты» [5, 148].

Таким образом, постоянная угроза военной безопасности России фактически стимулировали ее территориальную «ответную» экспансию и стимулировало «собирание земель».

Само же по себе «собирание земель» в России осуществлялось посредством не захватнических колониальных войн, как это было характерно для западных цивилизаций.

За исключением государственных образований, сформированных на основе остатков Золотой Орды: Казанского, Астраханского, Ногайского, Крымского и Сибирского ханств, практически все иные этнотерриториальные образования  входили в состав России добровольно или же по условиям договоров с государствами, с которыми Россия вела войны, в том числе в интересах самой же Европы.

События не только последних десятилетий, но и столетий свидетельствуют о том, что всякий раз, когда жизненно важным вопросам, особенно связанным с обеспечением безопасности, угрожала какая-либо значимая угроза, взоры европейцев обращались в сторону России и всякий раз, когда они с ее помощью решались, в Европе разворачивалась разнузданная антироссийская кампания.

Так, в конце 1814 года, после победы над наполеоновской Францией бывшие союзники Российской империи Великобритания и Австрия  уже с участием побежденной Франции, заключили секретный договор и даже подготовили план военной кампании против России. Планы союзников существенно скорректировал Наполеон, покинувший место своей ссылки на острове Эльба. Известие о его возвращении в очередной раз сплотила коалиционеров и они, по выражению В.О. Ключевского, вновь «судорожно схватились за Россию».

Судорожно хватались за Россию ее союзники (Великобритания и Франция)  и в ходе Первой мировой войны. Причем Русская армия воевала не только на своей территории, но и во Франции. Но по окончанию войны Россию (ни Советскую, ни Белую) даже не пригласили на подписание капитуляции Германии. Напротив, Россия оказалась в числе проигравших государств и в отношении нее уже ее бывшими союзниками вынашивались планы расчленения.

Показательны и итоги Второй мировой войны, завершившейся для России не только победой над нацисткой Германией, но и началом новой войны – «холодной» – уже со своими европейскими союзниками и курировавшими их Соединенными Штатами. И даже тогда, когда Советский  Союз был разрушен и, казалось бы, формальная причина противостояния устранена, Россия все равно оставалась потенциальным противником, объектом различного рода экспансии и агрессии.

Ну и, конечно же, весьма показательны события 2014 года, когда в канун 70-летия окончания Второй мировой войны, Европа  – «мир спасенный …» в едином порыве сплотилась против России – государства, вынесшего на себе основную тяжесть той войны, наглядно характеризуют истинное отношение европейцев к нашей стране.

Ничего нового, а тем более неожиданного в этой политике нет. Так было, так есть и так будет. И поэтому все надежды на то, что Европа будет стремиться выстраивать равноправные отношения с Россией – иллюзии.

Европа начинает уважать Россию только тогда, когда та поворачивается к ней спиной или иными словами сосредотачивается  на решении своих собственных национальных интересов. Во второй половине XIX века после знаменитых слова А.И. Горчакова «Россия не сердится, Россия сосредотачивается», она действительно, повернувшись спиной к Европе, сосредоточилась на реализации своих жизненно важных национальных интересов и стала в результате этого одним из влиятельных и наиболее динамично развивающихся государств. Что позволило Александру III произнести историческую фразу «Европа подождет, когда русский царь ловит рыбу».

Думается, что и сейчас уже пришло время для  того, чтобы Европа в очередной раз подождала. А для этого необходимо, по крайней мере, перестать обращать внимание на Евросоюз, за спиной которого четко прослеживаются звездно-полосатые уши.

Доминантой развития России является ее евразийское направление. Интересы России не в Европе, которая уже постепенно становится периферией мировой политики и экономики – они в Азии.

Евразийская геополитическая стратегия для России является одним из наиболее значимых, если не приоритетных, проектов.

Более того она априори является доминантой развития России. Это предопределено не только ее географическим положением, но и местом и ролью  в истории мировой цивилизации. Уникальность страны заключается в том, что она не европейское и не азиатское государство. Она – евразийская держава.  Другого такого трансконтинентального государства в мире нет. Именно на территории России находится Хартлэнд – Сердце Земли, не дающее покоя заморским геополитикам. И в силу этого именно отсюда исходили наиболее мощные импульсы развития человеческой цивилизации, предопределившие, в том числе и вектор развития самой России [2].

Во многом, благодаря этому Россия была и остается ведущим государством мирового сообщества. Эту зависимость М.В. Ломоносов определил словами: «Российское могущество прирастать будет Сибирью и Северным океаном» [1].

Все  это определяет, в конечном итоге, необходимость активизации усилий России на пространстве от Ближнего до Дальнего Востока с целью ее утверждения в качестве ведущего евразийского государства. Это и является одной из наиболее значимых целей геополитической евразийской стратегии.

Средством реализации этой стратегии должна стать технология «soft power» – «мягкая» или «умная сила». Это «ноу-хау» американской геополитики, по сути дела, лишь воспроизводит российскую концепцию «собирания земель». Ведь само по себе формирование Российского государства осуществлялось не насильственной колонизацией, а вовлечением народов Евразии в единое политическое и социально-экономическое пространство.

Сейчас речь не идет о «собирании земель», но использовать, оправданный  исторической практикой опыт для собирания союзников России и всех тех, кто готов к равноправному сотрудничеству и взаимодействию с ней, необходимо.

Для того, чтобы евразийская геополитическая стратегия была успешна,  одной политической воли, принятых решений и подписанных соглашений будет недостаточно. Специфика российской системы государственного управления такова, что даже при самых правильных решениях – позитивный, а тем более успешный, результат не очевиден.

Необходима твердая убежденность в значимости Евразийской геополитической стратегии, как ее разработчиков, так и исполнителей. Это в свою очередь, предполагает необходимость,  с одной стороны, преодоления неопределенности во внешнеполитических приоритетах, а с другой, – формирования соответствующего сознания, ментальности.

Бочарников Игорь Валентинович

Литература и источники:

  1. Бояринцев В.И. М.В. Ломоносов: «Сибирь и Северный океан» http://bourabai.ru/boyarintsev/lomonosov15.htm
  2. Гумилев Л.Н.Древняя Русь и Великая степь. М.: Мысль, 1989. 766 с.
  3. Роль технологий «мягкой силы» в информационном, ценностно-мировоззренческом и цивилизационном противоборстве / Академия военных наук, Научно-исследовательский центр проблем национальной безопасности, кафедра информационной аналитики и политических технологий МГТУ имени Н.Э. Баумана / Под общ. ред. И.В. Бочарникова. – М.: Изд-во «Экон-Информ», 2016. – 306 с.
  4. Сухотин Н.Н. Война в истории русского мирз. – СПб.,1898.
  5. Тойнби А. Постижение истории. – М.: Прогресс, 1990. – С.148.

Читайте также:

1 комментарий

  1. Валерий:

    Уважаемый Игорь Валентинович!
    Спасибо за статью. Еще раз убеждаемся в том, что в н.в. Россия ведет взвешенную политику в санкционных условиях. Действительно мы видим, что «Россия не сердится, а сосредотачивается…». Сила в исторической правде, которая на нашей стороне. Ждем от Вас новых публикаций с историческими аспектами внешней политики России.
    С Уважением, Сырцов Влерий Яковлевич

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *