Генеральный штаб Вооруженных Сил Российской Федерации в современных условиях

(статья подготовлена при участии И.В. Бочарникова)

Грибков Анатолий Иванович,
генерал армии, начальник штаба Объединённых Вооружённых сил государств – участников Варшавского договора (1976 – 1988 годы)

В последнее время в эпицентре внимания российской общественности находится Генеральный штаб Вооруженных Сил Российской Федерации, его основные функции и полномочия. Очевидно повышенное внимание общественности к проблемам функционирования Генерального штаба, его роли и значения в процессе обеспечения военной безопасности государства вполне оправданно. Поскольку именно Генеральный штаб является основным органом оперативного планирования применения Вооруженных Сил Российской Федерации и в силу этого занимает особое место в системе органов государственного и военного управления.

Это особенно очевидно в свете реализации сложнейших задач военного строительства и реформирования Вооруженных Сил России на современном этапе, а также в процессе их практического применения в ходе контртеррористической операции на Северном Кавказе. Более того, именно на данный орган военного управления возлагается вся ответственность за подготовку Вооруженных Сил и страны к обороне, а с началом боевых действий — за управление войсками в вооруженном конфликте.

Обращает на себя внимание тот факт, что непосредственный интерес общественности к проблемам места и роли Генерального штаба ВС РФ в современных условиях материализуется в различных статьях и публикациях, в которых о наиболее значимых проблемах функционирования и перспективах развития Генерального штаба достаточно смело рассуждают журналисты и политики, общественные деятели, порой слабо представляющие себе, каково же в действительности место Генштаба в иерархии органов военного управления и непосредственно в системе обеспечения национальной безопасности государства. Примечателен тот факт, что в статьях и публикациях, посвященных Генеральному штабу, как правило, доминирует негативный обличительный пафос, ставший в последнее время нормой информационного сопровождения отечественной военной реформы.

В этой связи хотелось бы предложить свое видение предназначения, места и роли данного важнейшего органа в системе военного управления страны, а также тех проблем, с которыми российский Генеральный штаб сталкивается в настоящее время. Осветить не с позиции стороннего наблюдателя, а с точки зрения ветерана Вооруженных Сил России и генерала, посвятившего значительную часть своей военной биографии службе непосредственно в Генеральном штабе.

За всеми проблемами, которые стоят перед Вооруженными Силами России в настоящее время, достаточно скромно и незаметно для широкой общественности приближается знаменательная дата в жизни Генерального штаба ВС РФ. Тот факт, что 2001 г. является годом его 300-летия мало кого из «крупных специалистов» в данной области заинтересовал, равно как и то, какую роль Генеральный штаб сыграл в истории Российского государства. В этой связи следует отметить, что со времен распада Советского Союза и соответственно его Вооруженных Сил ни одной значимой работы по истории Генерального штаба не появилось1.

Между тем значение Генерального штаба в истории нашей страны трудно переоценить. Весьма характерно, что образование квартирмейстерской службы русской армии, явившейся прообразом современного Генерального штаба, совпало по времени с коренной модернизацией всех основных сфер жизнедеятельности Российского государства. С созданием первых регулярных полков сразу же после неудачного для России нарвского сражения обозначилась необходимость организации четкого управления войсками на поле боя. По указу Петра I в сентябре 1701 г. была учреждена должность генерал-квартирмейстера как помощника воеводы (главнокомандующего) по вопросам оперативной службы2. В штатах по военной части, утвержденных Петром I 19 февраля 1711 г., уже встречается термин «Генеральный штаб» как собрание высших должностных лиц армии3. Среди них был и генерал-квартирмейстер как глава квартирмейстерской службы. На основе опыта Северной войны в 1716 г. функциональные обязанности чинов квартирмейстерской службы были регламентированы первым Воинским уставом регулярных войск России. Таким образом, изначально в процессе формирования военной организации России и ее регулярной армии имело место выделение органов военного управления, осуществляющих непосредственное оперативное управление войсками. Этот факт достаточно показателен и для современных реформаторов.

На протяжении своей 300-летней истории Генеральный штаб формировался и развивался вместе с армией. За это время он вырос от квартирмейстерской службы до высшего органа оперативного планирования и применения Вооруженных Сил Российской Федерации. Его питомцами были такие замечательные русские генералы и офицеры, как П.М.Волконский, И.И.Дибич-Забалканский, Д.А.Милютин, М.В.Фрунзе, М.Н.Тухачевский, Б.М.Шапошников, Г.К.Жуков, А.М.Василевский, А.И.Антонов и другие талантливые русские военачальники.

Со всей определенностью можно сказать, что победы русской армии были победами и Генерального штаба, его офицеров и генералов, поражения же армии были в первую очередь – их поражениями.

Роль Генерального штаба как органа управления войсками во все времена была исключительно важна: на него возлагались разработка общего плана военных кампаний и конкретных операций, подготовка войск и штабов к ведению боевых действий и обеспечение условий для их эффективного применения. Генеральный штаб издавна и по праву называют “мозгом армии”. Справедливость данного определения подтверждается всей историей войн и военного искусства, свидетельствующей о том, что высокий уровень руководства Вооруженными Силами является важнейшим фактором успеха в вооруженной борьбе.

Другой значимой доминантой роли Генерального штаба является его предназначение обеспечивать военную безопасность государства в мирное время посредством постоянной готовности к войне. Именно поэтому для Генерального штаба, как считали русские военные теоретики начала XX века, справедливо и другое его название — «воин мирного времени».

Думается, что дело историков определить реальный вклад Генерального штаба в обеспечение безопасности России. Нам же более близки события последней величайшей из войн человечества – Великой Отечественной войны, когда именно на Генеральный штаб легла вся основная нагрузка по подготовке страны к отражению фашистской агрессии, когда на практике проверялись не только сила и стойкость солдат противоборствующих армий, их технической оснащенности и качества вооружений, но и уровень развития военной мысли, сконцентрированной в органах военного управления.

Особое внимание к событиям Великой Отечественной войны вполне оправданно. Война унесла жизни миллионов наших сограждан, боль о которых до сих пор отзывается на нашем народе. И казалось бы, сама Великая победа советского народа, доставшаяся неимоверной ценой, является истиной в последней инстанции. Тем не менее, на фоне развернувшейся ревизии итогов Великой Отечественной войны, очернительства советской армии и органов ее военного управления, появления различного рода утверждений и измышлений о неготовности Генерального штаба к войне и его неспособности управлять войсками и, соответственно, превосходстве германской военной машины, представляется необходимым акцентировать внимание на некоторых важных аспектах деятельности Генерального штаба в годы Великой Отечественной войны, тем более, что автор, как очевидец, имеет полное основание изложить свое видение событий того времени, не опосредованное никакими новомодными веяниями и измышлениями.

В предвоенный период проводилась большая работа по подготовке страны к обороне. Большое значение имело то, что на посту начальника Генерального штаба в это время находился выдающийся военачальник Красной армии Маршал Советского Союза Б.М.Шапошников, чья книга «Мозг армии», написанная еще в 20-е годы, и по сей день является энциклопедией Генерального штаба. Нельзя отрицать также и роль выдающегося полководца XX столетия Г.К.Жукова, который с первых же дней своего пребывания на посту начальника Генерального штаба (с января по июль 1941 г.) начал работу по непосредственной подготовке к отражению фашистской агрессии.

Война с Германией не являлась для нашей страны неожиданностью. Это был закономерный процесс в рамках реализации многовековой западной экспансии на Восток в поисках жизненного пространства (Dranch nach Osten). Тем более она не была неожиданной для Генерального штаба РККА. И если политическое руководство СССР и допускало в отношениях с Германией определенный «люфт», то для Генерального штаба, его офицеров и генералов было очевидно, что вооруженный конфликт с фашистской Германией неизбежен, следовательно, к нему нужно готовиться.

И к нему в Генштабе готовились, причем со всей серьезностью. Об этом свидетельствуют, в частности, положения «Плана стратегического развертывания Вооруженных Сил Советского Союза на Западе и на Востоке на 1940 и 1941 гг.», утвержденного 5 октября 1940 г. Более того, 15 мая 1941 г. на рассмотрение политическому руководству страны был представлен уточненный проект «Соображений по Плану стратегического развертывания на случай войны с Германией и ее союзниками». Оценка противника в названных документах сомнений в готовности Германии к агрессии не оставляла. Сомнения были лишь относительно сроков начала агрессии.

Тем не менее, несмотря на проведенную Генеральным штабом работу, Вооруженные Силы страны вступили в войну неподготовленными. Это объяснялось многими причинами. Прежде всего, тем, что сам Советский Союз к войне готов не был, поскольку реорганизация и массовое перевооружение войск началось лишь с февраля 1941 г., причем одновременно во всех видах и родах войск.

Были и другие причины, среди которых нельзя не упомянуть и об искусственно сдерживаемой политическим руководством страны подготовке к войне, не позволившей Генштабу в полной мере реализовать подготовительные мероприятия по отражению агрессии. Как это часто бывало в истории России, политическая конъюнктура взяла очередной раз верх над интересами военной безопасности государства.

Не верной была и оценка места и роли Генерального штаба в предстоящей войне. В частности, как вспоминает Г.К.Жуков, предвоенными планами предусматривалось, что в случае начала войны руководство военными действиями будет осуществляться Наркомом обороны со своего рабочего места: «Решением ЦК ВКП(б) и Советского правительства от 8 марта 1941 г. было уточнено распределение обязанностей в Наркомате обороны СССР. Руководство Красной Армией осуществлялось Наркомом обороны через Генеральный штаб, его заместителей и систему главных и центральных управлений… Генеральный штаб выполнял громаднейшую оперативную, организационную и мобилизационную работу, являясь основным аппаратом Наркома обороны».4

Как свидетельствует Г.К. Жуков, «…И.В.Сталин накануне и в начале войны недооценивал роль и значение Генерального штаба…, очень мало интересовался деятельностью Генштаба. Ни мои предшественники, ни я не имели случая с исчерпывающей полнотой доложить И.В. Сталину о состоянии обороны страны, о наших военных возможностях и возможностях нашего потенциального врага»5.

К началу войны не были решены вопросы об органах Ставки и Главного Командования: их структуре, персональном предназначении, составе, размещении, аппарате обеспечения и материально-технических средствах6. По этому поводу Г.К.Жуков отмечает: «В конце весны мне пришлось еще раз, уже в настоятельной форме, просить наркома доложить И.В. Сталину о необходимости рассмотреть разработанный Генеральным штабом проект плана организации Ставки Главного Командования… Из-за отсутствия времени и по другим обстоятельствам не были рассмотрены и мероприятия по практической подготовке Ставки Главного Командования и ее органов»7.

Все это в конечном итоге сыграло далеко не последнюю роль в крайне неудачном развитии стратегической обстановки на фронтах в начальный период войны. Подчинив военную стратегию политической конъюнктуре, военно-политическое руководство страны не позволило Генеральному штабу полностью и своевременно реализовать необходимые меры, с неизбежностью вытекавшие из оценки обстановки накануне войны. Поэтому истинная причина тяжелых поражений в начальный период войны заключалась в принципиальной невозможности отразить удар отмобилизованной, полностью развернутой фашистской армии силами советской армии мирного времени. Вооруженные Силы СССР в канун войны не имели утвержденного плана стратегического развертывания, а единственным документом, предписывающим приведение войск приграничных округов в боевую готовность, явилась директива, направленная в войска по настоянию начальника Генерального штаба Г.К. Жукова буквально в считанные часы перед агрессией (21 июня 1941 г. в 21.45 по московскому времени).

Стремительно изменявшаяся обстановка на фронтах заставила буквально в первую дни войны уделить внимание вопросам организации системы военного управления. Если 22 июня 1941 г. военными действиями сухопутных войск и сил флота руководил Нарком обороны через Генеральный штаб, то уже 23 июня Постановлением Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) была создана Ставка Главного Командования. В ее состав вошли Нарком обороны Маршал Советского Союза С.К.Тимошенко (председатель), начальник Генерального штаба генерал армии Г.К.Жуков, Генеральный секретарь ЦК ВКП(б), Председатель СНК СССР И.В.Сталин, Нарком иностранных дел В.М.Молотов, председатель Комитета обороны при СНК СССР Маршал Советского Союза К.Е.Ворошилов, первый заместитель Наркома обороны Маршал Советского Союза С.М.Буденный, Нарком Военно-Морского Флота адмирал Н.Г.Кузнецов.

В целях обеспечения централизованного и в тоже время гибкого управления Вооруженными Силами, а также в связи с созданием главных командований Северо-Западного, Западного и Юго-Западного стратегических направлений по постановлению ГКО от 10 июля 1941 г. Ставка Главного Командования преобразуется в Ставку Верховного Командования. В интересах обеспечения единства политического, государственного и военного руководства И.В.Сталин 19 июля 1941 г. назначается Наркомом обороны СССР, а 8 августа — Верховным Главнокомандующим Вооруженными Силами СССР. Соответственно, Ставка Верховного Командования переименовывается в Ставку Верховного Главнокомандования.

Важнейшими функциями Ставки ВГК являлись: планирование военных кампаний и стратегических операций; определение задач войскам на театрах военных действий; постановка задач объединениям видов Вооруженных Сил и согласование их усилий по цели, месту и времени.

Рабочим органом Ставки ВГК стал Генеральный штаб. «У Ставки никакого другого аппарата управления кроме Генерального штаба не было, — свидетельствует Г.К.Жуков. — Обычно все приказы и распоряжения передавались через Генеральный штаб»8.

Таким образом, основными органами управления вооруженными силами СССР в ходе Великой Отечественной войны явились Ставка Верховного Главнокомандования и Генеральный штаб. Данная система управления войсками действовала на всем протяжении войны.

Сама жизнь востребовала выдвижения Генерального штаба на высший уровень иерархии органов военного управления. При этом соответствующим образом были определены и функции Генерального штаба, а именно: разработка директив и приказов Ставки Верховного Главнокомандования по оперативному использованию Вооруженных Сил и планов войны на новых возможных театрах военных действий; организация и руководство деятельностью всех видов разведки, обработка данных и информация нижестоящих штабов и войск; разрешение вопросов противовоздушной обороны и другие.

Кроме этого Генеральный штаб осуществлял руководство строительством укрепленных районов, военно-топографической службой и снабжением армии топографическими картами. В его обязанности также входили руководство оперативной подготовкой всех родов войск, штабов, служб и органов тыла; организация и устройство оперативного тыла действующей армии; разработка положений о вождении армейских соединений, наставлений и руководств по штабной службе и многие другие задачи, от решения которых зависел исход вооруженной борьбы с мощной, превосходно оснащенной техникой и вооружением армией, на нужды которой были поставлены все ресурсы покоренной Европы.

Перечень основных функций Генерального штаба свидетельствует о том, что он был основным органом планирования и управления Вооруженными Силами в системе Ставки Верховного Главнокомандования. В силу этого начальник Генерального штаба был не просто членом Ставки, он был заместителем ее председателя. В соответствии с указаниями и решениями Ставки ВГК начальник Генерального штаба объединял деятельность всех управлений Наркомата обороны, а также Наркомата ВМФ. Более того, начальник Генерального штаба наделялся полномочиями подписывать приказы и директивы Ставки ВГК, а также отдавать распоряжения по поручению Ставки.

В ходе всей войны начальник Генерального штаба докладывал военно-стратегическую обстановку на театрах военных действий и предложения Генштаба лично Верховному Главнокомандующему. Хочу подчеркнуть, что именно на такой форме отношений начальника Генштаба и Верховного Главнокомандующего настаивал задолго до войны Б.М.Шапошников в своей книге «Мозг армии». Справедливости ради следует добавить, что в ходе Великой Отечественной войны не только начальник Генерального штаба был докладчиком по положениям на фронтах, но и начальник Оперативного управления Генштаба (А.М.Василевский, С.М.Штеменко).

Обращает на себя внимание и другая важная мысль Б.М.Шапошникова, который отмечал, что «руководство войной в целом в наши дни из рук полководца решительно и бесповоротно перешло к коллективу. Полководец в его рядах является одним из государственных деятелей, ответственным за военную сторону войны»9. Такой коллектив, по мнению Б.М.Шапошникова, требуется для упорядочения гигантской работы по подготовке к войне. Согласовать, гармонировать подготовку… может только Генеральный штаб — собрание лиц, выковавших и проверивших свои военные взгляды в одних и тех же условия под одним и тем же руководством, отобранных тщательнейшим образом, связавших себя круговой ответственностью, дружными выступлениями достигающих переломов в военном строительстве10.

Опыт Великой Отечественной войны со всей очевидностью показал, что наряду с общеизвестными источниками победы советского народа над фашисткой Германией — патриотизмом советских людей, мужеством и героизмом солдат и офицеров Красной армии, самоотверженностью тружеников тыла, — следует добавить стратегическое и оперативное мастерство офицеров и генералов Генерального штаба, во многом превзошедших по уровню своей подготовки немецких генштабистов.

Обращение к опыту Великой Отечественной войны более чем оправданно и необходимо не только для того, чтобы воздать должное нашим соотечественникам, отстоявшим свободу и независимость Родины, но и для того, чтобы не позволять впредь забывать главный урок: «хочешь мира, готовься к войне». И если для военной политики государства это положение, конечно, требует существенных дополнений, для военной стратегии оно является незыблемым правилом и важнейшим принципом обеспечения военной безопасности. Органом, осуществляющим претворение данного принципа в практику, является Генеральный штаб как основной орган оперативного управления Вооруженными Силами.

Это свидетельствует, что роль и значение Генерального штаба в обеспечении военной безопасности страны велико и нисколько не уменьшается в процессе государственного переустройства, поиска нового места России в мировом сообществе. Напротив, как показывает развитие военно-политической обстановки в мире и особенно в сопредельных с Россией государствах, названный принцип обеспечения безопасности является для Российской Федерации по-прежнему актуальным. При этом угрозы непосредственно военной безопасности страны приобрели качественно новый характер, чем тот, который преобладал в предвоенный или же в послевоенный периоды. О том, что эти угрозы вполне реальны, свидетельствует, например, развитие военно-политической на южных границах России и СНГ, беспрецедентное поглощение НАТО территорий государств Восточной Европы и целый ряд других событий. Все это в комплексе определяет достаточно сложную для России военно-политическую обстановку, при которой различные угрозы военно-политического характера из гипотетических превращаются в вполне прогнозируемые. Именно поэтому, выступая в ноябре 2000 г. на совещании руководящего состава ВС РФ, Президент РФ В.В.Путин подчеркнул: «Нужна армия, способная достойно обеспечить безопасность России»11.

В силу того, что стратегическое руководство рассматривается в числе основных компонентов боеготовности и боеспособности Вооруженных Сил, считаю, что роль Генерального штаба в современных условиях неизмеримо возрастает. Армии России XXI века необходим и соответствующий Генеральный штаб. Место Генерального штаба определяется уровнем возлагаемых на него функций, их положением в общей системе задач, решаемых центральными органами военного управления ВС РФ. Наиболее важной в этом плане является осуществление стратегического планирования применения Вооруженных Сил, других войск, воинских формирований и органов с учетом их задач и военно-административного деления страны.

Важнейшей функцией Генерального штаба является проведение мероприятий, связанных с поддержанием боевой и мобилизационной готовности Вооруженных Сил, проведением мероприятий по воинскому учету, подготовке граждан к военной службе и их призыву на военную службу и военные сборы. Генеральный штаб организует перевод Вооруженных Сил на организацию и состав военного времени, стратегическое и мобилизационное развертывание Вооруженных Сил, других войск, воинских формирований и органов.

В своей практической деятельности Генеральный штаб в современных условиях исходит из комплекса как невоенных, так и военных мер по обеспечению военной безопасности страны, концептуально оформленных в Военной доктрине Российской Федерации. Среди них: эффективность прогнозирования, своевременность вскрытия и классификации военных угроз, адекватность реагирования на них; достаточность сил, средств и ресурсов, необходимых для обеспечения военной безопасности; соответствие уровня готовности, подготовки и обеспечения военной организации государства потребностям военной безопасности и ряд других, реализация которых обеспечивает безопасное и суверенное развитие нашего государства.

В целом же в системе современного военно-политического, государственного и военного планирования Генеральный штаб отвечает не только за выполнение Вооруженными Силами стратегических задач, но и согласованное применение всех сил и средств в интересах достижения целей военной безопасности, в том числе и в мирное время. Отсюда — ведущая роль Генерального штаба России в части прогнозирования и оценки военно-политической обстановки, в формировании предложений военно-политическому руководству государства в области обеспечения национальной безопасности. Генеральный штаб находится в постоянной боевой готовности, непрерывно отслеживает и анализирует военно-политическую обстановку в мире и по театрам военных действий, делает соответствующие выводы, готовит предложения.

Хочу обратить внимание на одну из последних публикаций в «Независимой газете», в которой автор бросает незаслуженный упрек в адрес начальника Генштаба А.В.Квашнина относительно его стремления вникнуть в вопросы военно-технической политики. На мой взгляд, это типичный пример авторской некомпетентности. Для того, чтобы давать оценку деятельности начальника Генерального штаба, нужно, по крайней мере, представлять его функциональные обязанности и, соответственно, полномочия.

Военно-техническая политика реализуется в интересах обеспечения военной безопасности страны, т.е. должна в полной мере обеспечивать реализацию Вооруженными Силами России возложенных на них задач. И Генеральный штаб, планируя применение Вооруженных Сил на военное время, просто обязан заниматься военно-техническими вопросами. Начальник Генерального штаба, как никто другой, представляет реальные потребности Вооруженных Сил, в том числе, и в оснащении их современной техникой и вооружением.

В подтверждение своей позиции приведу пример из опыта одной военной кампании, уроки которой, к сожалению, незаслуженно забыты. Речь идет о советско-финской войне 1939 – 1940 гг. В 1939 г. советские стрелковые соединения и части не имели автоматического оружия, в то время как у финского солдата был хороший пистолет-пулемет «суоми» с магазином на 69 патронов. Боеспособность финского солдата, вооруженного автоматическим оружием, была значительно выше, чем красноармейца. Этим и объясняются многочисленные потери, которые понесли наши войска в ходе финской кампании.

Нарком оборонной промышленности генерал-полковник Б.Л. Ванников, ставший впоследствии трижды Героем Социалистического труда, в своих «Записках наркома» писал, что с большим трудом пробивал в Наркомате обороны автоматическое стрелковое оружие. Главным же противником оснащения соединений и частей Красной армии автоматическим оружием был заместитель наркома обороны Маршал Советского Союза Г.И.Кулик, который считал, что автомат — это оружие американских гангстеров. Поэтому наша пехота шла в атаку с мосинской винтовкой образца 1891/1930 гг. И только после настойчивого вмешательства начальника Генерального штаба Б.М.Шапошникова на вооружение наших войск был принят пистолет-пулемет Шпагина — знаменитый ППШ.

Вопросы военно-технической политики всегда были в центре внимания Генерального штаба. Более того, до недавнего времени у начальника Генерального штаба был заместитель по вооружению, а также комитет по военно-технической политике. Таким образом, военно-техническая политика является неотъемлемым атрибутом функционирования Генерального штаба. Тем более, что современные войны и вооруженные конфликты — это уже не просто противоборство посредством артиллерии или автоматического оружия, это войны высоких технологий. И быть в стороне от развития современных средств вооруженного противоборства значит заведомо обрекать свою армию на поражение.

Не менее важными сферами деятельности Генерального штаба являются военная экономика, а также внешняя и внутренняя политика. Б.М.Шапошников, например, отмечал, что в условиях, когда война ведется всеми силами и средствами государства, в понятие планов войны вкладывается не только стратегическое развертывание, но и вся подготовка Вооруженных Сил к войне, в том числе экономическая и политическая подготовка. Экономический план войны должен предусматривать не только подготовку к войне армии и ТВД, не только предусматривать обеспечение Вооруженных Сил всем необходимым для ведения боевых действий, но и затрагивать вопросы функционирования экономики государства во время войны. В плане должно быть предусмотрено развитие народного хозяйства страны, продуман и подготовлен весь комплекс мобилизационных планов: финансовый, экономический и транспортный.

Генеральный штаб обязан принимать участие в планировании и составлении военного бюджета государства. Конечно, в его функции не входит подводить детальную экономическую базу под военный план, давать ему финансовое обоснование. Это задача Министерства обороны. Военный бюджет составляет одну из основных забот военного ведомства, ту реальную основу, на которой базируются мероприятия по усилению и совершенствованию боевой готовности Вооруженных Сил. Из этого следует, что основная составляющая предложений по военному плану должна вноситься Генеральным штабом.

Что касается соотнесения деятельности Генерального штаба и политики, я солидарен с мнением Б.М.Шапошникова, что «для разрешения военных вопросов Генеральный штаб должен всегда учитывать внешнюю политику и потому должно быть отброшено ошибочное мнение, что вооруженные силы могут быть отделены от политики, быть самостоятельным организмом, точно так же, как и внутренняя политика проникает не в меньшей мере в организацию, численность, боевую готовность, подготовку и дух армии, равно как и в конкретную военную подготовку»12.

Наконец, важнейшим направлением деятельности Генерального штаба и его начальника является кадровая политика, поскольку главный капитал и основной потенциал нашей армии – это люди. Офицеры и генералы Генштаба – это не только организаторы деятельности подчиненного подразделения, но и наиболее подготовленные руководители. Я вспоминаю в этой связи слова Маршала Советского Союза М.В.Захарова, в течение длительного времени возглавлявшего Генштаб. Он считал, что генерала, проработавшего в Генеральном штабе 8-10 лет, можно назначить в гражданские министерства на любую должность вплоть до министерского портфеля, так как он за это время приобретает практические и теоретические и организаторские способности с широким государственным мышлением.

Еще более категоричен в этом плане был И.В.Сталин. В наиболее драматическом для нашей Родины 1942 году, когда обстановка на фронтах была очень тяжелой, Сталин обратил внимание на оформление карты с оперативной обстановкой. На титульной форменной наклейке всегда были две подписи: офицера-исполнителя («Исполнил») и начальника направления на определенный фронт («Проверил»). Роль начальника направления в системе оперативного управления заинтересовала Сталина и он приказал представить ему начальников направлений. Все они были в воинском звании полковник. В ходе беседы все начальники направлений до деталей доложили за «свой» фронт, дали четкие ответы на поставленные вопросы. Сталин убедился, что основная ячейка оперативного управления – это направление на фронт. «А почему начальники направлений полковники? — спросил Верховный. — Это же весьма ответственные работники». В тот же день приказом Верховного Главнокомандующего эту категорию офицеров повысили до генеральского звания. Думаю, это весьма красноречивая характеристика офицеров Генерального штаба, кого сегодня за глаза называют «паркетными генералами».

В качестве выводов о месте и роли Генерального штаба в современных условиях следует отметить следующее.

В силу своей специфики Генеральный штаб, осуществляющий оперативное управление войсками, определяет, формирует задачи для других органов управления, задает тональность их выполнения. Думаю, не будет натяжкой в этой связи говорить об определяющей роли Генерального штаба по отношению к другим центральным органам военного управления.

Занимая центральное место в высшем звене военного управления, Генеральный штаб играет роль координатора, создающего основу для стратегического взаимодействия по всему спектру вопросов, связанных с планированием применения, развития и подготовки Вооруженных Сил России, повышением уровня их боевой мощи.


1 — Последний серьезный труд вышел в 1989 г.: Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. В 2-х кн. — М., 1989.

2 — См. Глиноецкий Н.П. История русского Генерального штаба. – СПб, 1883. –С.4.

3 — Полное собрание законов Российской империи. Т.XLIII. Книга штатов. — СПБ, 1830.

4 — Жуков Г.К. «Воспоминания и размышления». В 3-х т. 10-е изд. М., 1990. Т. 1.С.305.

5 — Там же. Т.1. — С. 329.

6 — Там же.

7 — Там же. Т.2. — С.76.

8 — Там же. Т.2.- С.85.

9 — Шапошников Б.М. Мозг армии. Книга первая. — М.: Военный вестник, 1927. –С.144.

10 — См.: Там же.

11 — Красная звезда, 24 ноября 2000 г.

12 — Шапошников Б.М. Мозг армии. Книга третья. — М.- Л., Госиздат, 1929. – С.43.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *