Русские добровольцы в национально-освободительных войнах XIX века

После окончания Отечественной войны 1812 года, и освобождения оккупированных наполеоновской Францией европейских стран общественное сознание России переживало подъем патриотических и великодержавных чувств. Пожалуй, наиболее образно царившую в обществе атмосферу, можно охарактеризовать словами А.В. Суворова «Мы – русские, какой восторг». Это, в свою очередь, обострило чувство справедливости и стремления к оказанию помощи порабощенным народам. Борьба за их освобождение стала, таким образом, доминантой развития общественного сознания в стране.

В первую очередь, это касалось христианских народов, на протяжении столетий находившихся под национальным и религиозным гнетом Османской империи. Об отношении к этой части населения мусульманского большинства империи свидетельствует само их обобщенное название – райя, в переводе с арабского — «стадо». Соответствующим образом господствовавшее большинство Турции и относилось к немусульманам.

Все это не могло продолжаться сколь-угодно долго и, в конечном итоге, инициировало зарождение структур национально-освободительного движения. Одной из первых таких организаций стала созданное в г. Одессе в 1814 году тайное общество «Филики этерия», объединившее греческих патриотов, проживавших в Новороссии, для подготовки восстания в Греции.

И оно было начато по инициативе и под руководством бывшего адъютанта Александра I, героя Отечественной войны 1812 года генерал-майора А. Ипсиланти. Самовольно оставив службу в русской армии генерал, сопровождаемый несколькими греческими офицерами русской армии 25 марта 1821 года, вторгся в Дунайские княжества Османской империи  и поднял в них восстание[1]. В дальнейшем предполагалось распространить повстанчество на другие подвластные туркам территории и, прежде всего, конечно же, Греции.

Русские добровольцы 1Замысел А. Ипсиланти в данном случае увенчался успехом. В течение трех месяцев восстание охватило весь Пелопоннес, часть континентальной Греции, остров Крит, Кипр и некоторые другие острова Эгейского моря. Предполагалось также, что европейское сообщество, на протяжении столетий декларировавшее стремление к освобождению христианских народов, поддержит греческое национально-освободительное движение. Но этот расчет А. Ипсиланти и его сподвижников не оправдался.

Главы европейских государств (Великобритании, Австрии, Пруссии и Франции) посчитали, что это восстание является «российским заговором по захвату Греции и даже, возможно, Константинополя»[2], поэтому крайне негативно отреагировали на события на Балканах, а также возможное участие в них России.

Вследствие этого Александр I, связанный узами созданного им же Священного Союза, вынужден был отказаться от поддержки греческого национально-освободительного движения.

Между тем, турки, воспользовавшись разногласиями среди глав европейских держав, направили в  Грецию для подавления восстания отряды янычар[3]. Жестокость, с которой происходило подавление восстания, вызвало широкий резонанс, как в России, так и в других странах и инициировало формирование общественных движений солидарности с восставшими греками. В Париже, Лондоне, Женеве действовали комитеты, занимавшиеся сбором средств для сражавшейся Греции. Тысячи добровольцев из разных стран устремились на помощь восставшим.

Но наибольшую поддержку греческому восстанию оказало все-таки русское общество. Помощь восставшей Греции, по сути, стала гражданским общенациональным проектом России. Она имела чрезвычайно широкий спектр: от сбора средств в пользу многочисленных беженцев из Османской империи, нашедших убежище в Новороссии и Бессарабии и выкупа невольников, до непосредственного участия в боевых действиях в отрядах инсургентов (повстанцев). Таковых, по мнению исследователей, в рядах греческих повстанцев было от нескольких десятков до сотен. Наибольшую же известность в греческой освободительной войне 1821 – 1829 годов, помимо А. Ипсиланти и его соратников новороссийских греков, получили А. Протопопов, Н. Райко, И. Березовский и ряд других русских добровольцев, явивших собой пример  самоотверженного и бескорыстного участия в национально-освободительной борьбе греческого народа.

Так, в частности Н. Райко поручик Лейб-гвардии Драгунского полка в начале 1827 года  тайно выехал в Грецию. Первоначально он мало был известен своими действиями, но уже в 1828 году он, по решению И. Каподистри (ставшего к тому времени президентом страны), назначается военным комендантом сначала военной крепости, а затем морского порта.  Примечательно, что, будучи в высшей степени идеалистом и самоотверженным воином, он отказывался получать жалование.

На протяжении всей войны турки так и не смогли сломить сопротивление восставших. В то же время и восставшие не   могли одержать  победу над регулярными войсками Османской империи.

Ключевым событием в обретении независимости Греции стала русско-турецкой война 1828 – 1829 годов, по результатам которой правительство Николая I вынудило Османскую империю признать автономию Греции[4].

Таким образом, по воле России уже в 1829 году Греция стала фактически независимым государством. Примечательно, что его президентом стал бывший министр иностранных дел России И. Каподистри, погибший в 1831 году при загадочных обстоятельствах. Еще ранее в Австрии, после длительного тюремного заключения умер и другой пророссийский лидер греческого национально-освободительного движения А. Ипсиланти.

Международное же признание Греции состоялось только в 1832 году на Лондонской конференции. Великобритания, провозгласив себя протектором Османской империи, долгое время противилась каким-либо изменениям сложившегося  статус-кво. В то же время осознание кризисности процессов в Турции, получившей к тому  времени в дипломатических источниках название «больной человек Европы» вынудило британцев пересмотреть свое отношение и к Турции, и к Греции. С этого времени Британия фактически не выпускала из поля зрения развитие ситуации, как в самой Греции, так и в целом на Балканском полуострове.

Ситуация на Балканском полуострове, покровительство православным народам, а также защита христианских ценностей, находившихся на территории Османской империи  в дальнейшем стала одним из приоритетов внешней политики России. Именно это в частности стало поводом к Крымской (Восточной – в западных источниках войне), в которой России противостояли помимо Турции, Великобритания, Франция и даже бывший союзник России – Австрия.

Война, закончившаяся подписанием унизительного для России Парижского договора[5], стала переломным этапом в осмыслении руководством страны ее места и роли в мировой политики, а также наиболее значимых проблем внутриполитического развития[6].

Тем не менее, сосредоточение на решении внутренних проблем не отразилось на восприятии российским обществом наиболее значимых мировых политических процессов.

При этом европейские революции средины XIX века особого интереса в российском обществе не вызвали. В то же время, борьба за объединение Италии под руководством Дж. Гарибальди,  нашла в российском обществе сочувствие и живой отклик. Передовая российская общественность была целиком на стороне представителей итальянского движения Рисорджименто – «воскрешения» Италии, ее освобождения и объединения.

Примечательно, что сама идея объединения Италии, зародившаяся еще во времена Н. Макиавелли, свое логическое оформление обрела в России, в Таганроге. Именно здесь в 1833 году Дж. Гарибальди становится членом организации «Молодая Италия»[7], а в 1834 году за участие в ней заочно приговаривается австрийскими властями к смертной казни. В период с 1836 по 1847 годы Дж. Гарибальди принимает участие в национально-освободительном движении в Бразилии и Уругвае. А в 1848 году возвращается в Италию и принимает участие в боевых действиях против австрийских оккупационных войск.

Ключевым этапом в  борьбе за освобождение Италии стала высадка 5 мая 1860 года легендарной «тысячи» – гарибальдийских добровольцев в Сицилии (порт Марсала). В течение чуть более месяца численность его корпуса увеличилась в 20 раз за счет притока добровольцев, причем не только из Италии, но и из ряда европейских стран, в том числе России. В рядах гарибальдийцев сражалось не менее полусотни российских добровольцев, среди них: Г. Лопатин, А. Красовский, В. Ковалевский, А. Толиверова-Якоби, Н. Берг (автор первых русских корреспонденций о Дж. Гарибальди) и другие. О безграничном доверии к русским добровольцам самого Дж. Гарибальди свидетельствует тот факт, что его адъютантом долгое время вплоть до своего ранения был русский ученый географ Л. Мечников[8].

В 1861 году было провозглашено образование Итальянского королевства в составе Пьемонта и соединившихся с ним областей. Новое королевство насчитывало 22 млн. жителей, вместо 6 млн., составлявших население Пьемонта.  В то же время с созданием Итальянского королевства дело национального объединения закончено не было. Под властью Австрии осталась Венецианская область, а в Риме сохранялась светская власть папы под охраной французских войск. Сам процесс объединения происходил вплоть до 1870 года. В 1866 году Австрийская империя, потерпев поражение в войне с Пруссией и Италией, согласилась на передачу Венецианской области Франции, которая в свою очередь, передала ее Итальянскому королевству, а в 1870 году, с началом франко-прусской войны, в его состав вошли Рим и вся Папская область.

Таким образом, именно добровольцы, в том числе и из России, способствовали созданию одного из ведущих современных государств Европы. Следует отметить, что вклад наших соотечественников в освобождение и объединение Италии только лишь участием в боевых действиях не ограничивался.

Большую роль, в частности, сыграл знаменитый русский хирург Н.И. Пирогов, фактически спасший в 1862 году после ранения ногу Дж. Гарибальди, несмотря на заключения европейских врачей о необходимости ее ампутации. Тем самым, известный русский хирург предопределил дальнейшее активное участие Дж. Гарибальди в становлении независимого Итальянского государства.

Худ. К. Кузнецов. Н.И.Пирогов у Джузеппе Гарибальди

Худ. К. Кузнецов. Н.И.Пирогов у Джузеппе Гарибальди

Настоящей эпохой в российском добровольческом движении стали события 1875 — 1876 годов на Балканском полуострове.

После поражения России в Крымской войне и отмены российского протектората над православными в Турецкой империи, их положение значительно ухудшилось. После нескольких лет террора сербы в Боснии и Герцеговине и болгары в Болгарии подняли восстания. Его подавление, по уже устоявшейся в Османской империи традиции, происходило массовыми насилиями, поруганиями и истреблением населения православного вероисповедания.

Единственным препятствием для турок были действия Сербии и Черногории, организовавших поддержку повстанцев в Боснии и Герцеговине как оружием, так и отрядами добровольцев. В Болгарии же повстанцы частично были разгромлены, а частично отступили в горы или в соседнюю Сербию.

С объявлением Сербией и Черногорией войны Турции 18 июня 1876 года в России прокатилась волна солидарности в поддержку выступления южнославянских государств. Активизировалась деятельность славянских комитетов[9], ставших инициаторами сбора денежных пожертвований, на которые приобреталось оружие, продовольствие, медикаменты для повстанцев. О масштабности этой помощи свидетельствуют то, что только к ноябрю 1875 года из России в русское консульство в Дубровнике было послано более 60 тыс. руб. частных пожертвований (от славянских комитетов, редакций газет и т.д.). С 1 октября 1875 года по 1 июля 1876 года в Черногорию было переправлено 583 тыс. руб., собранных славянскими комитетами. Для закупок продовольствия для повстанцев в Черногории, русским правительством с 1875 по 1878 годы было израсходовано 1 056 тыс. руб.[10]

Русские добровольцы 3Важнейшим направлением деятельности славянских комитетов стала также организация отправки добровольцев в Сербию.

Знаковым моментом в стимулировании притока русских добровольцев сыграл тот факт, что главнокомандующим Сербской армией был назначен выдающийся генерал М.Г. Черняев — участник сражения на Мамаевом кургане в Крымскую кампанию, покоритель Средней Азии и герой штурма Ташкента, которого еще при жизни называли «Ермаком XIX века». С самого начала балканских событий генерал М.Г. Черняев осознавал их значение для будущего, как балканских народов, так и России. Поэтому, несмотря на официальный запрет властей, он самовольно в мае 1876 года выехал в Сербию, а уже в июне, с началом войны с Турцией, он главой государства — князем М. Обреновичем — был назначен главнокомандующим  Сербской армии.

Известие об этом его назначении привело к большому росту числа русских добровольцев. Сам генерал М.Г. Черняев, посредством своего авторитета сумел привлечь большое число представителей русского офицерства, многие из которых были потомками героев Отечественной войны 1812 года[11].

В июле 1876 года добровольчество в Сербию обретает массовый характер. Желание отправиться в Сербию выражали представители интеллигенции, крестьян, купечества, мещанства, рабочих, но славянские комитеты, руководствуясь просьбами М.Г. Черняева, постановили, что в первую очередь должны посылаться офицеры и отставные солдаты10. При этом  офицерам для того, чтобы попасть в Сербию, необходимо было выйти в отставку.

Массовый характер добровольчества побудил Александра II официально разрешить русским офицерам выходить временно в отставку, чтобы ехать на театр войны, с обещанием, что каждый возвратится потом в свой полк, не потеряв своего старшинства».[12] Одновременно с этим в Сербию по указанию императора был отправлен генерал В.Д. Дaндевиль как представитель петербуржского славянского комитета и В.Н. Теплов в качестве представителя московского славянского комитета для координации по приему и распределению добровольцев[13]. Часть добровольцев направлялась на командные должности – от командира роты до командира бригады в части армии Сербии, а другую часть отправляли в добровольческие отряды, состоявшие из болгар. К концу войны появились отряды, которые состояли только из русских добровольцев. Наибольшее число русских добровольцев (около двух тысяч двухсот человек, из которых 650 офицеров и 300 – медперсонала[14]) воевало в Тимoчко-Моравской армии. Общее же число русских добровольцев в Сербии, по разным данным составило от четырех до семи тысяч человек. При  этом офицеры составляли практически треть от общего числа добровольцев.

Одновременно с укреплением Сербской армии шло создание болгарских военных формирований. Так, по указанию генерала М.Г. Черняева в сентябре-октябре 1876 года были созданы две бригады, которые возглавили подполковник Ф.М. Депрерадович и полковник А.М. Милорадович. Примечательно, что их предки, знаменитые герои наполеоновских войн, сами были потомками выходцев из Сербии.

В ходе состоявшегося 14 августа 1876 года сражения с 40-тысячной турецкой армией Сербская армия и добровольческие формирования одержали победу. Но, не имея достаточных сил для развития успеха, не смогли решить более значимую задачу по освобождению Косово, где вследствие большого процента албанского населения турки имели мощную мобилизационную базу. Попытки генерала М.Г. Черняева создать из массы мобилизованных сербских крестьян в кратчайший срок регулярную армию с помощью русских добровольцев успехом не увенчалась успехом, в том числе из-за, так называемого «языкового» барьера.

Военные действия развивались неблагоприятно для Сербии. Наступление Сербской армии было вскоре остановлено. Турки, быстро отмобилизовав резервы, перешли в контрнаступление. В результате Сербская армия была вынуждена отступить в сражениях под Горним Адровцем 17 октября 1876 года, а затем и под Джунисом 29 октября 1876 года, где до половины русских добровольцев погибло[15].

Стало очевидно, что инициатива перешла к турецким войскам. Героизм русских добровольцев и самоотверженность неопытных сербских воинов не смогли спасти Сербию и Черногорию от поражения. Война была проиграна.

Но в полной мере Турция не смогла насладиться этой победой. Россия решила вступиться за братские сербский и болгарский народы и 12 апреля 1877 года объявила войну Турции, в ходе которой Османская империя потерпела сокрушительное поражение. Под угрозой полного военного поражения Турция обратилась к командованию Дунайской армии с предложением о перемирии. Переговоры о мире были завершены 19 февраля 1878 года в местечке Сан-Стефано вблизи Константинополя. Согласно договору Сербия, Черногория и Румыния получали полную независимость. Провозглашалось создание Болгарии – автономного княжества, в котором в течение двух лет находились русские войска для наблюдения за преобразованиями в стране.

В то же время данные условия Договора не устраивали лидеров европейских государств и в первую очередь Австро-Венгрии, Великобритании и Франции. Под нажимом западных держав российское руководство согласилось передать на обсуждение международного конгресса некоторые статьи договора, имеющие общеевропейское значение. Конференция состоялась в Берлине под председательством О. Бисмарка. Наиболее острые обсуждения вызвал болгарский вопрос. Оказавшись в изоляции, русская делегация оказалась бессильной отстоять условия Сан-Стефанского договора. 1 июля 1878 года был подписан Берлинский трактат. В отличие от Сан-Стефанского договора, он сильно сокращал территорию автономного княжества Болгарии. Болгарские земли к югу от Балканского хребта составили турецкую провинцию Восточная Румелия. Австро-Венгрия получила право оккупировать Боснию и Герцеговину.

Таким образом, русско-турецкая война завершила национально-освободительную борьбу балканских народов. При этом очевидным является тот факт, что, свою независимость Сербия, равно как и Болгария, завоевали во многом благодаря русским добровольцам. Именно они сыграли важную роль в том, что Россия вступила в войну против Турции, в результате которой были освобождены как сербские, так и болгарские земли.

Кроме традиционной для российской истории балканской темы, добровольцы из России принимали участие и в других конфликтах национально-освободительной направленности. И хотя, участие их было не столь массовым, как на Балканах или в ходе освобождения Греции и объединения Италии, тем не менее, даже отдельные добровольцы играли весьма значимую роль в утверждении идеалов справедливости.

Русские добровольцы 4Характерен в этом плане  пример участия в гражданской войне в США полковника Русской армии И.В. Турчанинова – генерала Дж. Турчина. Закончив Николаевскую Академию Генерального штаба с серебряной медалью, он принимал  участие в Крымской войне, где за доблесть ему был присвоен чин гвардии полковника. В 1856 году из-за увлечения идеями утопического социализма и несогласия с подписанием позорного для России по итогам войны Парижского мира И.В. Турчанинов оставляет службу и уезжает в США.

С началом гражданской войны между федералистами (северными штатами) и конфедератами (южными рабовладельческими штатами) в чине полковника вступает в американскую армию и получает под командование 19-ый полк волонтеров (добровольцев) штата Иллинойс, ставшего благодаря его командованию одним из лучших в армии северян. В ходе войны с успехом применил знания, полученные им в Академии Генерального штаба Русской армии, разработал и опубликовал серию брошюр по тактике, обмену сигналами для координации действий, подготовке засад и тренировке новобранцев. Это были одни из первых работ по военной науке в США, на их основе позже была построена подготовка американской армии[16]. К безусловной заслуге И.В. Турчанинова в области военного искусства относится и использование им в военных действиях артиллерийских систем, установленных на железнодорожные платформы, то есть, фактически, создание первого артиллерийского бронепоезда. Американскую гражданскую войну И.В. Турчанинов закончил в звании бригадного генерала. На просьбу вернуться в Россию получил отказ и умер в США в бедности в 1901 году.

Русские добровольцы 5Знаковым и едва ли не определяющим было участие другого русского добровольца Н.С. Леонтьева в вооруженном конфликте в Африке – первой итало-эфиопской войне (1895 – 1896 годов). Ее причиной стало стремление только лишь образованного Итальянского королевства расширить свои владения за счет обретения колоний. Но поскольку мир к тому времени был

уже поделен, оставалось искать государственное образование, над которым можно было бы установить, по крайней мере, протекторат. Таковым, по мнению, итальянского руководства того периода являлась Эфиопия (Абиссиния) – единственное государственное образование Африканского континента, обладавшее признаками суверенитета. Именно оно и попало в поле зрения итальянских геостратегов. Поводом для начала войны стало разночтение в итальянских и эфиопских официальных источниках положений статьи 17 Уччиальского договора 1889 года. Итальянский текст статьи предполагал установление протектората над Эфиопией, о чем ее руководство узнало спустя лишь некоторое время, причем из зарубежных источников. Денонсация данного договора привела, сначала к попыткам вмешательства во внутренние дела Эфиопии, путем противопоставления внутренней оппозиции центральному правительству, а затем и к полномасштабному вооруженному конфликту вследствие итальянской интервенции.

В этой ситуации руководство Эфиопии в лице императора Менелика II обратилось за помощью к России. И она была оказана поставками вооружения, а также направлением группы добровольцев военных советников под прикрытием исследовательской миссии Императорского географического общества. Возглавлял группу «исследователей» есаул Н.С. Леонтьев. Став советником императора Менелика, он за короткое время сформировал из вооруженных отрядов местных феодалов воинские подразделения по европейскому образцу. Поэтому итальянскому корпусу противостояли вполне боеспособные подразделения. Ключевым этапом войны стала сражение 1 марта 1895 года при г. Адуа, по итогам которого итальянский экспедиционный корпус просто перестал существовать. При этом итальянцы потеряли 11 тысяч человек, тогда как эфиопы — 4 тысячи. В этом сражении Н.С. Леонтьев лично принимал участие, он же от имени императора Эфиопии вел и переговоры о мире. Условия подписанного соглашения были фантастическими: Италия не только признала свое поражение, но и обязалась выплатить Эфиопии контрибуцию. Сам же Н.С. Леонтьев после окончания войны получил высший военный титул Эфиопии, несколько наград и был назначен генерал-губернатором южных провинций Эфиопии. С началом же русско-японской войны он добровольцем убыл на дальневосточный фронт.

В конце XIX века русские добровольцы участвовали и в других вооруженных конфликтах национально-освободительного характера.

Таковым, в частности стало восстание в 1894 году на индонезийском острове Ломбок против голландских колонизаторов, в котором принимал участие русский доброволец инженер по образованию В.П. Мамалыга.

В конце XIX века Нидерланды вели колониальные войны в Юго-Восточной Азии. Им, в частности, удалось покорить острова Суматра, Ява и ряд других, ныне входящих в состав Индонезии. Сопротивление голландцы встретили со стороны правителя острова Ломбок Чакра-Негара, отказавшегося признать их власть и ставшего активно закупать оружие в Сингапуре. Закупкой оружия и доставкой его на остров Ломбок занимался В.П. Мамалыга, он же возглавил и отряды местного сопротивления. После высадки на острове голландского оккупационного отряда, на военном совете родовых старейшин по совету  В.П. Мамалыги было принято решение для видимости проявить покорность и выплатить голландцам половину требуемой суммы — 500 000 гульденов, а затем неожиданно напасть на них.

Именно так и произошло 23 августа 1894 года, когда после вручения «выкупа» восставшие напали на лагерь голландцев и в пятидневном бою разбили его, захватив шесть орудий, порох, снаряжение, вернув половину выкупа, командующий отрядом генерал ван Гам был убит, общие потери голландцев превысили 500 человек[17].

В сентябре того же года Нидерланды начали карательную операцию против восставших, в ходе которой истреблялись жители острова, сжигались их деревни. По завершению операции остров был фактически разграблен. Попавший в плен В.П. Мамалыга был приговорен военным судом к смертной казни, но привести в исполнение приговор голландцы не осмелились и депортировали его в Россию.

На рубеже XIX — XX веков произошел малоизвестный в настоящее время, но, безусловно, сыгравший знаковую роль в дальнейшем развитии мировых политических процессов конфликт – англо-бурская война (1899 – 1902 годы).

Причиной войны стала стремление Великобритании установить контроль над Трансваалем и Оранжевым Свободным Государством, на территории которых, были обнаружены большие месторождения алмазов и золота.

В 1867 году на границе Оранжевого Свободном Государства и Капской области (колонии Великобритании) было обнаружено крупнейшее в мире месторождение алмазов, ставшее собственностью основателя компании «Де Бирс» С. Родса, а в 1886 году на территории уже Трансвааля нашли богатейшие в мире золотоносные месторождения. Это инициировало прибытие в страну большого количества иностранцев, количество которых  к средине 90-х годов стало превышать численность граждан этих республик. Они же сосредоточили в своих руках золотодобычу, промышленность и торговлю. В то время как население Трансвааля и Оранжевой Свободного Государства было представлено в основном фермерами – бурами (от голландского «boer» — крестьянин).

В 1895 году при негласной поддержке Великобритании вооруженный отряд, принадлежавший  частной английской горно-рудной кампании попытался захватить власть в Трансваале. Тем не менее, попытка мятежа была подавлена. Это стало основанием для интервенции Великобритании в эти бурские республики. По сути дела, речь шла о реализации технологии «цветной революции» — свержения законного правительства под предлогом «помощи страдающим от бесправия соотечественникам». В Южную Африку был направлен воинский контингент превышающий численность населения бурских республик: первоначально 100 тыс. человек, а к концу войны – более 450 тыс. И это при том, что в Трансваале и Оранжевом Свободном Государстве проживало менее 200 тыс. человек. Республики не имели постоянной армии, но военнообязанными являлись все белые мужчины от 16 до 60 лет. Общее число ополченцев составляло около 50 тыс. человек.

Интервенция вызвала широкий общественный резонанс во всем мире. Поскольку ни одно из государств, в том числе и Россия (объявившая о нейтралитете), не выступило открыто против агрессии Великобритании в Трансвааль и Оранжевую Республику стали прибывать добровольцы. Их общее количество в период боевых действий составило более 2 500 человек. При этом каждый 10-ый из них был добровольцем из России.

Тот факт, что небольшой по численности народ буров осмелился противостоять и успешно вести войну против могущественной сверхдержавы, имевшей многократное превосходство в живой силе, в российском обществе вызывало восхищение. Средства массовой информации России того времени сравнивали буров с былинными героями, ценящими независимость отчизны больше жизни, восторгалась их мужеством и храбростью[18]. После известия, что бурский генерал П. Кронье взят в плен, прошла широкая кампания по сбору средств, чтобы подарить ему братину — громадную братскую чашу из порфира с серебряным орнаментом. Эта братина была послана вместе с листами, на которых расписались 70 тыс. человек. Листы были озаглавлены «подписи к братине от русских людей командиру буров Питу Кронье» [19].

Солидарность российского общества с борьбой за независимость буров была обусловлена также карательным характером военных действий Великобритании на территории бурских республик. С середины 1900 года, британская армия стала применять «тактику выжженной земли», уничтожая дома, скот (основное богатство буров-фермеров) посевы.

К периоду англо-бурской войны относится еще одно новшество, ставшее печально известным к середине XX века — концентрационные лагеря. Система концентрационных лагерей для мирного населения была создана по распоряжению главнокомандующего британскими войсками Г. Китченера. Первые концентрационные лагеря появились еще в период гражданской войны в США, но именно лорд Г. Китченера впервые задолго до нацистов применял эту бесчеловечную систему в отношении гражданского населения. Концентрационными лагерями, получившими издевательское название «refuge» («убежище», «место спасения») была покрыта вся территория бурских республик. По различным данным в них содержалось порядка 200 тыс. человек гражданского населения — 120 тыс. буров и 80 тыс. африканцев[20]. В период с 1899 по 1902 годы в них погибло 27 тыс. буров, в том числе 22 тыс. детей и от 14 до 20 тыс. африканцев. Именно так британцы и побеждали в той войне.

Все способствовало росту русских добровольцев для участия на стороне бурских повстанцев. С учетом царивших в обществе настроений органы государственной власти Российской империи не препятствовали добровольцам частным порядком принимать участие в боевых действиях на стороне буров. В отрядах сопротивления воевало порядка 250 русских добровольцев. В историю той войны вошли русские добровольцы такие, как штабс-капитан А. Шульженко, подпоручик Л. Покровский, лейтенант флота Б. Строльман, корнет В. Бискупский, крестьянин И. Заболотный, артиллерист И. Высочанский и многие представители самых разных сословий от офицеров и отставных солдат, до купцов, студентов, крестьян и дворян. Наибольшую же известность получили подпоручик Е.Ф. Августус — автор мемуаров об англо-бурской войне[21], князь Н.Г. Багратион-Мухранский, служивший рядовым в одном из бурских отрядов, штабс-ротмистр А.Н. Ганецкий – командир Русского отряда, А.И. Гучков — в последующем председатель Государственной Думы и военный министр времен Временного правительства России и другие. По-настоящему же легендарным стал подполковник Е.Я. Максимов. В конце апреля 1900 г. он, командуя отрядом добровольцев, преимущественно из Голландии, участвовал в нескольких сражениях. В бою под Табанчу он получил три тяжелых раны: височную с повреждением черепа, разрывной пулей в лопатку и плечевую контузию.

Русские добровольцы 6Несмотря на ранения, Е.Я. Максимов продолжал участвовать в боевых действиях, потеряв сознание и будучи доставлен в госпиталь, он, чтобы избежать плена покинул госпиталь и самостоятельно добрался до одного бурских отрядов. Это о нем, о Е.Я. Максимове, бурский генерал Л. Бота сказал, что «хотя он сам не трус и много видел храбрых людей, но никого подобного этому русскому полковнику он не только не видел, но и не представлял»[22]. 24 мая 1900 года собранием, на котором присутствовало несколько сот буров и европейцев и шесть командантов, Е.Я. Максимов был провозглашен «боевым генералом» (фехтгенералом). Таким образом, он стал вторым иностранцем, получившим такое высокое звание[23].

Не менее славную страницу в историю борьбы буров против англичан вписали и русские добровольцы-медики, принимавшие участие в боевых действиях в составах санитарного отряда Российского Общества Красного Креста и Русско-голландского санитарного отряда.

Отряд Российского Общества Красного Креста прибыл в Южную Африку 26 января 1900 г. и состоял из 34 человек. Первоначально предполагалось отправить два санитарных отряда — по одному к каждой из воюющих сторон, но английское правительство отказалось от медицинской помощи[24].

Примечательно, что само формирование отряда происходило под патронажем матери Николая II императрицы Марии Фёдоровны, являвшейся покровительницей Российского Общества Красного Креста. Она же перед убытием отряда в Трансвааль лично встретилась с врачами и медперсоналом отряда 24 ноября 1899 года[25].

За период работы Российского санитарного отряда в Трансваале были организованы несколько стационарных и «летучих» госпиталей и излечены сотни раненых и больных. Было произведено 132 большие и малые операции, принято 2117 амбулаторных больных, в том числе 106 человек с огнестрельными ранами[26].

Отряд русского Красного Креста в полевом лагере в Трансваале Русские в Англо-бурской войне

Отряд русского Красного Креста в полевом лагере в Трансваале Русские в Англо-бурской войне

Другой санитарный отряд — Русско-голландский — был сформирован в рамках деятельности Голландского комитета, созданного осенью 1899 года в Санкт-Петербурге. Отряд состоял из врачей и медперсонала, как из Голландии, так и из России. При этом все члены отряда были гражданскими лицами, даже если имели военно-медицинское образование. Обязательным условием для всех членов отряда было соблюдение нейтралитета по отношению к воюющим сторонам. Отряд работал в Трансваале и Оранжевом Свободном Государстве и оказал значительную помощь местному населению.

К сожалению, бурам не удалось победить в той войне. Слишком уже не равны были силы сторон. Но это ни сколько не умаляет подвига добровольцев.

На протяжении XIX столетия добровольцы из России принимали активное участие и в других национально-освободительной войнах и конфликтах.

Во всех этих войнах и вооруженных конфликтах русские добровольцы движимые чувством солидарности с борьбой народов за освобождение от национального и религиозного гнета принимали активное участие, зачастую даже вопреки официальной позиции государства. Определяющим фактором, обусловливающим феномен добровольчества в этих конфликтах, являлось осознание необходимости оказания помощи тем, кто в ней нуждался, тем более, если это было связано с сохранением и завоеванием свободы и независимости.

Контрастом в этом плане является позиция различного рода волонтеров и наемников, для которых факт участия в конфликтах подобного рода был сопряжен с возможностью извлечения выгоды или же обретения иных каких-либо дивидендов.

Бочарников Игорь Валентинович

 

  1. 25 марта – день начала антитурецкого восстания под руководством А. Ипсиланти отмечается как День независимости Греции – один из важнейших государственных праздников страны. – Прим. автора.
  2. Освободительная борьба против османского ига 1921 года http://www.greece-portal.ru/istoriya/osvoboditelnaya-borba-protiv-osmanskogo-iga-1821.html.
  3. По Турецкой империи прокатилась волна антигреческих погромов. В Константинополе был повешен 84-летний греческий патриарх Григорий V.  Страшную резню учинили янычары на острове Хиос: не щадили даже грудных младенцев, поджигали монастыри, в которых прятались беззащитные люди. Из 100-тысячного населения острова уцелело лишь около 2 тыс. человек. Греческая война за независимость (1821-1829). Энциклопедия. http://world.clow.ru/text/2140.htm.
  4. Согласно Андрианопольскому мирному договору (2 сентября 1829 года). – Прим. автора.
  5. По условиям договора Россия отказывалась от своего требования о передаче православных подданных Османской империи под особое покровительство российского императора, согласилась гарантировать совместно с другими державами независимость и целостность Османской империи. Черное море объявлялось нейтральным. России и Турции запрещалось иметь на нем военный флот и военно-морские базы. – Прим. автора.
  6. Внешнеполитическая программа русского правительства, сформулированная A.M. Горчаковым была изложена в циркулярной депеше русским послам за границей от 21 августа 1856 года. В ней содержалось облетевшее весь мир выражение: «Россия не сердится, она сосредоточивается». Это означало, что Россия собирается с силами, сосредоточивает внимание на экономических и политических вопросах, связанных с внутренним развитием государства. – Прим. автора.
  7. Молодая Италия  («Giovine Italia») – подпольная организация, созданная в 1831 году Дж. Мадзини для борьбы за национальную независимость и единство Италии.
    – Прим. автора.
  8. Лев Мечников (старший брат Ильи Мечникова, профессора Новороссийского университета, и будущего лауреата Нобелевской премии в области физиологии)  получил тяжелое ранение, командуя артиллерийской батареей. Остался после этого инвалидом, но написал капитальный труд всей своей жизни – книгу «Цивилизация и великие исторические реки». – Прим. автора.
  9. Славянские комитеты – общественно-политические и благотворительные организации в России середины XIX – начала XX веков. Возникли после Крымской войны 1853 – 1856 годов  для оказания различной помощи славянским народам, находившимся под турецким и австро-венгерским игом. http://dic.academic.ru/dic.nsf/bse/133211/% D0%B5
  10. Карасев А.В. Боснийско-герцеговинское восстание 1875 – 1878 гг. и восточный кризис // Россия и восточный кризис 70-х годов XIX в. М., 1981. С. 63 – 64.
  11. Таковыми в частности были полковник Д.П. Дохтуров, граф Коновницын, князь Чавчавадзе, майор Миних, капитан Фермор, полковник Н.Н. Раевский и другие. Сам генерал М.Г. Черняев был сыном русского офицера, дошедшего в 1814 году до Парижа.  – Прим. автора.
  12. Окороков А. В. Русские добровольцы. М: Яуза, Эксмо, 2007. С. 123.
  13. Кузьмичева Л.В. Русские добровольцы в сербско-турецкой войне 1876 г // Россия и восточный кризис 70-х годов XIX в. М., 1981. С. 83.
  14. В госпиталях Сербии и Черногории работали русские добровольцы-врачи, среди которых были такие известные медики, как Н.В. Склифосовский, С.П. Боткин. – Прим. автора.
  15. Валецкий О. Фактор добровольчества в войнах сербского народа. http://zhurnal.lib.ru/o/oleg_w/faktordobrowolxchestwawwojnahserbskogonaroda.shtml.
  16. Иван Турчанинов. Биография. http://www.peoples.ru/military/colonel/ivan_turchaninov.
  17. Шевченко Р. Василе Мамалыга – герой войны в Индонезии.
  18. Шубин Г.В. Российские добровольцы в англо-бурской войне 1899-1902 гг. (по материалам Российского государственного военно-исторического архива). http://refdb.ru/look/2132018-pall.html.
  19. Давидсон А.Б., Филатова И.И. Англо-бурская война и Россия // Новая и новейшая история, 2000, №1. http://zadocs.ru/voennoe/11521/index.html?page=2.
  20. Давидсон А.Б., Филатова И.И. Указ. соч.
  21. Августус Е.Ф. Воспоминания участника англо-бурской войны 1899 — 1902 гг. Варшава, 1902.
  22. Изъединова С.В. Несколько месяцев у буров. Воспоминания сестры милосердия. СПб., 1903. С. 284-285.
  23. Первым по решению трансваальского правительства стал погибший незадолго до этого французский полковник граф Виллебуа-Марейль, первый командир «Иностранного легиона». См.: Шубин Г.В. Российские добровольцы в англо-бурской войне 1899-1902 гг. (по материалам Российского государственного военно-исторического архива). http://refdb.ru/look/2132018-pall.html.
  24. Англо-бурская война 1899 – 1902 годов глазами российских подданных. В 13 томах. Т. 9. Москва: Издатель И. Б. Белый, 2012. 466 с.
  25. Англо-бурская война 1899 – 1902 годов … С. 12.
  26. Шубин Г.В. Российские добровольцы в англо-бурской войне 1899-1902 гг.

 

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *