Добровольчество как явление исторической практики Российского государства

bocharnikovЗарождение добровольчества в России относится к истокам образования Древнерусского государства. Сама этимология данного слова  произошла от древнеславянских «добро» и «воля», значение которых, по сути, говорит само за себя и в толковании не нуждается. Более того, спустя тысячелетие эти слова фактически без изменений присутствуют во всех языках народов, так называемого славянского мира, что свидетельствует об их непреходящем значении. Хотя изначально оно не соотносилось с вооруженной защитой государства, а имело довольно широкий смысловой спектр.

В реальной исторической практике добровольчество в период,  предшествовавший образованию Древнерусского государства, нашло отражение в феномене «ополчения» – народных вооруженных формированиях, которые собирались для отражения внешней агрессии, а также решения других важнейших вопросов политического и социально-экономического развития, когда средства дипломатического и иного несилового характера являлись недостаточными для их реализации.

Именно ополчение или, по иному – «вои», на протяжении длительного периода составляло основу войска формировавшегося при защите славянских территорий. Первые же упоминания об ополчениях славян относятся к VI веку. Уже тогда, согласно византийским и арабским источникам, славяне отражали нападения армий Византийской империи и успешно продвигались в ее внутренние владения – на Балканский полуостров.  Помимо этого, они успешно противостояли многочисленным набегам кочевников, для которых сам по себе набег и грабеж являлись естественной формой жизнедеятельности.

Во время образования племенных союзов, в случае общей опасности или во время походов славяне собирали войско. Решение об этом принималось на  народном собрании – вече. Оно же выбирало предводителя этого войска – князя[1]. Князю полагалась большая доля военной добычи и доходов с земли, что позволяло ему содержать при себе дружину, представлявшую собой своеобразное постоянное ядро войска. В случае необходимости, оно по решению вече усиливалось ополчением, которое организационно подразделялось на рода (сотни), племена (полки) и союз племен (войско). Численность таких формирований в то время была различной: например, род – от 50 до 100 воинов[2].

Основу ополчения составляли пешие воины, вооруженные двумя копьями – легким метательным и тяжелым для рукопашного боя, а также луками и мечами. Имелась и конница. При этом византийские источники того времени отмечали высокие боевые качества славянских воинов, превосходившие аналогичные качества воинов империи (Византийской) и даже наводивших в тот период ужас на всю Европу – норманнов[3].

Федоров О. Атака дружины древних русских воинов, X век

Федоров О. Атака дружины древних русских воинов, X век

Помимо этого славянские воины отличались высокими морально-боевыми качествами. Как правило, перед боем они давали клятву: стоять насмерть за отца и брата, за жизнь своих сородичей. Слово чести ценилось высоко и обязывало воинов соблюдать ратное побратимство. Нарушившие его «выбивались из земли вон» – изгонялись с территории племени. Плен славяне считали позором[4].

Постоянные набеги и вторжения на территории, заселенные славянами, вынуждали  их объединяться и создавать военно-политические союзы. Так уже в VI веке на Карпатах существовал крупный военный союз восточных славян под предводительством князя дулебов. Дальнейшее формирование крупных племенных объединений привело к тому, что западные славяне создали союз «Само» (на территории Чехии, Моравии и Словакии), южные  –союз «Семи славянских племен» (в Северной Болгарии), восточные – феодальное Древнерусское государство (IX – XII века), или, как принято называть в исторической науке – Киевскую Русь[5]. Это было одно из крупнейших государств Европы того времени, территория которого простиралась от Балтийского до Черного моря, от Карпатских гор до верховьев Оки и Волги. При этом его характерной чертой являлась полиэтничность. Наряду со славянскими племенами (полян, древлян, северян, кривичей, вятичей и др.) население Древнерусского государства включало также порядка 20 неславянских народностей (карелы, эсты, коми, мурома, меря и др.) и все они наравне со славянами  принимали участие в отражении вооруженных набегов и нашествий на Русь. По всей видимости, именно тогда и появилось известное воззвание «За землю Русскую», сопровождавшее всю последующую историю России.

Основой Древнерусского государства являлась сельская община, которая в летописях называется «вервью» или «миром». Это позволяло собирать многочисленное ополчение славянских племен. Летописец, говоря о государственном устройстве Руси в древности, сообщал следующее: «Великий князь русский» был главой государства[6]. И хотя народное вече свободных общинников ограничивало его верховную власть, он мог порой не считаться с мнением вече.

Основой древнерусского войска являлись княжеские дружины – «старшая» из наиболее опытных воинов и «младшая» из «отроков». На войну ходили и дружины «княжеских мужей», то есть бояр, союзники из числа степняков и ополчение «воев», которое выставлялось сельскими общинами и городами. Ополченцы – «вои» составляли пешую рать, поскольку дружины князей были конными.

Формирование Древнерусского государства происходило в чрезвычайно сложных условиях острого противоборства с воинственными соседями. Молодое государство испытывало на себе постоянное давление как с Запада, в первую очередь, со стороны Византии, а также германских  и норманнских племен, так и с Востока и Юга – Великой Степи – подвергаясь набегам кочевников.

При этом Русь не только отражала набеги и нашествия, но и сама наносила ощутимые удары своим бесчисленным противникам посредством военных походов княжеских дружин и ополчения.

С образованием государства военные походы обрели системный характер. Экономическое развитие страны остро ставило вопрос о ее выходе на торговые коммуникации. Помимо этого предстояло отстоять независимость от притязаний внешних противников. Наибольшую угрозу безопасности и интересам Древнерусского государства в период его формирования представляло юго-западное (Византия) и юго-восточное (Хазарский каганат) направления.

Во взаимоотношениях с Византией приоритетными были, с одной стороны, вопросы обеспечения свободной торговли и мореплавания по Черному (Русскому – согласно летописным источникам того времени) морю, а, с другой, – пресечение экспансии ее самой и подвластных ей народов и племен в направлении Руси.

Одной из наиболее значимых военно-политических акций данного периода стал знаменитый поход князя Олега в 907 году.  По свидетельству летописца, в поход русская рать отплыла на двух тысячах ладьях[7]. Таким образом, по разным оценкам, «ладейная рать» Олега насчитывала от 40 до 80 тысяч воинов. После состоявшегося сражения у стен Константинополя, была начата его осада русским войском, которая велась как с суши, так и с моря. Для устрашения противника князь приказал вытащить на берег ладьи, поставить их на колеса, поднять паруса и направить к стенам Константинополя. Эта и другие акции устрашающего характера, а также непосредственная подготовка к штурму, заставила византийское руководство фактически капитулировать и подписать договор на условиях, продиктованных князем Олегом[8].

Ольшанский Б. Идущие на Царьград

Ольшанский Б. Идущие на Царьград

Прибив «щит на вратах Царьграда», Олег тем самым не только завершил свой поход, но и продемонстрировал, что на политической карте мира того времени появилось государство с которым предстояло считаться. Но, пожалуй, наиболее значимым итогом похода стало то, что путь «из варяг в греки» обрел свое логическое завершение, что способствовало эффективному социально-экономическому развитию Древнерусского государства.

Менее удачным, хотя и столь же масштабным, был поход князя Игоря в 941 году. В походе принимало участие войско численностью порядка 40 тыс. воинов, прибывшее к стенам Константинополя на более чем 1 тыс. ладей[9]. В борьбе с византийским флотом, применившим «греческий огонь», русские войска потерпели поражение и вынуждены были отступить.

Тем не менее, сама греко-русская война продолжалась вплоть до 944 года. В тот год Игорь предпринял второй поход на Константинополь, собрав при этом новое войско численностью порядка 80 тыс. воинов.

Получив известие о появлении многочисленного войска Игоря в пределах империи (на нижнем Дунае) император Роман I (Лакапин) предпочёл заключить с ним мир и подтвердить условия договора, подписанные ранее с князем Олегом. Особое значение нового договора (944 года) имело то, что после его подписания послы Византии прибыли в Киев, где от имени императора принесли клятву соблюдать его условия. Сам же договор был составлен не только на греческом, но и на русском языке, что свидетельствовало о возросшем авторитете Киевской Руси[10].

В целом же результаты походов князя Игоря упрочили международное  положение Древнерусского государства, его торговые связи с Византией. Оба похода подтвердили славу русских как храбрых и умелых воинов, показали полководческие и дипломатические способности Игоря. Русское военное искусство обогатилось опытом дальних морских и комбинированных походов.

Другим важнейшим направлением обеспечения безопасности Руси являлось юго-восточное, где Древнерусскому государству угрожал Хазарский каганат, препятствовавший выходу купеческим караванам по Оке и Волге в земли Багдадского халифата и далее в Индию. Более того каганат стремился наложить дань на славянские племена полян и вятичей. Систематическими были и набеги на древнерусские поселения со стороны подвластных каганату кочевников.

Все это определяло приоритетность для князя Игоря, а в последующем и его сына – Святослава, задачи устранения угрозы с данного (хазарского) направления.

Первой попыткой решения этой задачи стал поход князя Игоря в кавказские владения Хазарского каганата в 943 году. Взяв Дербент, а затем Ширван, разгромив по пути войска ширваншаха, по реке Куре руссы поднялись вверх и захватили крупнейший в то время город Закавказья – Берда[11] из которого они ушли на Северный Кавказ, через Дарьяльский проход, бывший во владении союзного им аланского царя[12].

Поход представляла собой, по сути, вооруженный набег в кавказские владения Хазарского каганата и его итоги не оказали сколь-нибудь существенного влияния на развитие  ситуации в регионе. Ее важнейшее значение заключалось в том, что она продемонстрировала, что Киевская Русь перешла от оборонительных к наступательным военным действиям против своего наиболее значимого в тот период противника – Хазарского каганата.

При этом вполне очевидно, что организация и осуществление столь масштабного похода за тысячи километров  от своей территории не могло быть осуществлено силами только лишь одной дружины. В походе князя Игоря, наряду с дружиной, принимало участие и ополчение, собранное по решению киевского вече.

Более масштабным по характеру и значению были военные походы (964 ‒ 966 годы), осуществленные Киевским князем Святославом Игоревичем, завершившиеся сокрушением Хазарского каганата и окончанием его господства на территориях сопредельных Древней Руси.  В рамках этого похода взял столицу Хазарского каганата – г. Итиль, в дальнейшем со своей дружиной дошел до Кавказских гор, прошел через земли осетин и черкесов, захватил и разрушил вторую древнейшую столицу Хазарского каганата Семендер[13] на территории современного Дагестана, а на Таманском полуострове захватил другой крупнейший центр хазарского владычества ‒ город Таматарху (Тмуторакань). Здесь же в последующем было образовано Тмутораканское княжество, вплоть до конца XI века являвшееся центром русского влияния в северном Причерноморье и в ряде других регионов Северного Кавказа.

Киреев В. Эскиз к картине Взятие хазарской крепости Итиль князем Святославом

Киреев В. Эскиз к картине Взятие хазарской крепости Итиль князем Святославом

Не упускал Святослав и юго-западное направление. В планах князя было дальнейшее упрочение положения Руси на данном направлении. Этому препятствовала Византийская империя, имея в Крыму мощную крепость Херсонес, контролировавшую плавание по Днепру и Черному морю. Все это не могло не сказаться на взаимоотношениях Древней Руси с соседями.

Поэтому изначально поход Святослава планировался в Крым, на форпост Византии – Херсонес (г. Корсунь – в русских источниках). По ряду причин планы князя изменились, и свой поход он решил совершить по западному побережью Черного моря, через территорию Болгарии, подвергавшейся в тот период экспансии со стороны Византии.

Объединенное русско-болгарское войско нанесло ряд поражений византийским войскам под командованием И. Цимисхия. Тем не менее, сама военная кампания для Святослава с его благородным «Иду на вы» оказалась неудачной. После получения известия об осаде Киева подкупленными Византией печенегами, князь большую часть войска отправил на помощь осажденным, сам же с малою дружиною остался сопровождать раненных воинов. На днепровских порогах он и погиб в неравном с кочевниками бою.

Добровольчество 4Поход же на Корсунь (Херсонес) и тем самым утвердить позиции Руси во взаимоотношениях с Византией предстояло совершить его сыну Владимиру, который не только завершил дело, начатое Святославом, взяв Херсонес и заключив выгодный для России мир, но и принял здесь крещение, предопределив тем самым тысячелетний вектор развития Руси – России.

Таким образом, в течение X столетия киевскими князьями были сокрушены два наиболее значимых противника Древней Руси – Византия и Хазария. В начале же XI столетия, в период правления Ярослава Мудрого, Киевская Русь стала одним из крупнейших европейских государств с позицией и интересами которого, считались все иные государственные образования того времени. Породниться же с родом Рюриковичей считалось большой честью.

Во многом это было обеспечено посредством наличия и использования передовой для того времени военной организации государства, структурными элементами которой были не только постоянные вооруженные формирования (дружины феодалов и постоянное королевское войско – в Западной Европе), но и народное ополчение, собираемое для отражения внешней военной угрозы и составлявшее, фактически, основную часть древнерусского войска.

По сути дела, речь шла о вооруженной защите всем народом своей страны и ее интересов, ставшей фактически феноменом отечественной истории, сопровождавшей ее на протяжении столетий.

Зародившееся на этапе формирования национальных государств добровольческое ополчение в течение длительного времени являлось общей для славян формой организации войска. Но только Древняя Русь сохранила традиции ополчения и добровольчества в защите своей Земли и в этом очевидно и заключается причина того, что с течением времени она трансформировалось в одно из ведущих государств мирового сообщества.

Ситуация изменилась с развитием феодальных отношений, разобщенностью и междоусобицами русских князей, наступившими после Ярослава Мудрого. Княжеские усобицы разоряли народ, расшатывали русскую государственность, создавая кризисное положение внутри страны.

В этих условиях практически повсеместно, за исключением Великого Новгорода с его республиканскими традициями, снижается роль народного вече и, соответственно, ополчения. Княжеские дружины стали использоваться не только для отражения набегов, но и для решения междоусобных вопросов в борьбе за обладание тем или иным княжеским «столом».

Этим воспользовались кочевые народы, совершая набеги на Русь. Наибольшую угрозу в это период древнерусским княжествам стали представлять половецкие орды, кочевавшие на юге и востоке Руси. В период с 1061 по 1210 годы ими было совершено 46 крупных походов на Русь, не считая мелких набегов[14]. Попытки отдельных князей оградить Русь от набегов кочевников, как правило, успеха не имели и заканчивались поражением. Наиболее  образно это было отражено в поэтическом памятнике того периода ‒ «Слово о полку Игореве».

В течение практически 150 лет продолжались изнурительные войны с кочевниками. Сломить силу половцев предстояло Владимиру Мономаху, сумевшему объединить военные силы княжеств и от пассивной обороны перейти к стратегическому наступлению вглубь половецких степей.

В 1097 году, по его инициативе, в Любече состоялся княжеский съезд, на котором было принято два важнейших решения: продолжить совместную борьбу с половцами и прекратить междоусобные войны. В рамках реализации этого и других соглашений удалось организовать общие походы против кочевников.

Вновь в русских городах зазвучали вечевые колокола, собирая добровольческие ополчения на борьбу с кочевниками. Объединенным русским войском во главе с Владимиром Мономахом половцам было нанесено сокрушительное поражение. Кочевники были отброшены за Дон и Волгу и после этого уже долгое время не помышляли о набегах на Русь.  Само имя Владимира Мономаха вызывало у кочевников ужас и поэтому княжества Древней Руси на длительный период обрели спокойствие.

После же смерти Владимира Мономаха в 1125 году междоусобицы русских княжеств обрели новый импульс. Начался процесс их выхода из повиновения Киеву, с 1132 года принявший обвальный характер. И уже к средине XII столетия единое Древнерусское государство фактически перестало существовать[15]. Этим тот час же воспользовались половцы, возобновившие свои набеги на наименее защищенные и ослабленные в междоусобицах южнорусские княжества, в том числе и Киевское.

Таким образом, сепаратизм русских князей, их междоусобицы и вражда оказали крайне негативное влияние на состояние безопасности Древнерусского государства. Княжества оказались не в состоянии обеспечить самостоятельно свою безопасность даже от набегов половцев. И уж тем более они оказались не в состоянии противостоять намного более значимой военной опасности, надвигалавшейся с Востока – из моногольских степей.

На Русь шел внук великого завоевателя Чингис-хана – Батый. К этому времени монголы имели одну из лучших в мире армий, накопившую богатейший тридцатилетний боевой опыт. До нападения на Русь монголы уже завоевали Северный Китай, Южную Сибирь, государства Центральной Азии и Закавказья.

Несмотря на столь значимый потенциал, древнерусские княжества вполне могли противостоять этой угрозе. В совокупности они имели значительные военные силы для отражения внешней агрессии – свыше 100 тыс. хорошо вооруженных воинов. Но экономическая и политическая раздробленность привели к разобщению военных сил Руси. В условиях «войны всех против всех», свойственной феодальной раздробленности, на смену единой системе обороны страны пришла оборона каждого княжества в отдельности. Полчища Батыя встретило не объединенное русское войско, а разрозненные дружины и ополчения отдельных городов и княжеств[16].

Поздней осенью 1237 года войско хана Батыя численностью до 150 тысяч человек вторглось в пределы Рязанского княжества. Призыв рязанского князя Юрия Игоревича к русским князьям был проигнорирован. Рязань, несмотря на героизм ее защитников пала. После этого Батый приступил к решению главной цели своего похода – разгрому наиболее значимого в тот период княжества Руси – Владимиро-Суздальского. И оно также вынуждено было в одиночку противостоять кочевникам. Силы были неравны. Княжество могло выставить только лишь порядка 30 тыс. воинов-ополченцев, что, конечно же было недостаточным для противостояния 150-тысячной группировки ордынцев. Русские воины, горожане и сельчане демонстрировали высочайшие образцы  мужества и героизма. Оборонялся каждый город, каждое селение. В результате силы орды Батыя были подорваны и она весной 1238 года, не дойдя 200 км. до Великого Новгорода откатилась в приволжские степи.

Добровольчество 5Трагедия Северо-Восточной Руси не стала уроком для русских князей. Находясь в течение двух лет рядом с грозным противником, они не только ничего не сделали для организации совместной обороны, но и продолжади враждовать друг с другом. Наиболее острые противоречия разгорелись вокруг киевского «престола», в борьбу за который вели смоленкий князь Ростислав и Даниил Галицкий. Но когда в декабре 1240 года войска Батыя подошло к Киеву, в  городе не оказалась ни того, ни другого. В итоге расплачиваться за ничтожество своих князей пришлось простым киевлянам.

Взятие Киева открыло для Батыя путь далее на запад. Не встретив серьезного сопротивления, его войска прошли по территории Галицко-Волынской Руси, перешли через Карпаты и вторглись в Венгрию, Польшу и Чехию, а затем вернулись вновь в приволжские степи.

Для Руси же нашествие Батыя стала катастрофой. Русь лежала в развалинах.  Причиной ее поражения стало то, что несмотря на мужество и героизм ее защитников, на Руси в тот период не оказалось лидера, способного объединить ее силы для отражения агресии кочевников. Общенациональный лидер появился позднее – новгородский князь Александр, которому в период первого нашествия Батыя на Русь (1237 год) было только 16, а второго (1240 год) – 19 лет, но уже в этом возрасте он оказался мудрее большинства древнерусских князей, вовлеченных в междоусобицы.

Это проявилось в его обращением к идее ополчения для вооруженной защиты от агрессоров. В июле 1240 года он со своей дружиной и новгородским ополчением одержал блестящую победу над шведскими феодалами в устье Невы, за что получил почетное прозвище Невский, а  5 апреля 1242 года на льду Чудского озера нанес сокрушительное поражение рыцарям Ливонского ордена. Тем самым была поставлена точка на их крестовых походах против Руси и ее северо-западные княжества надолго оказались обезопасены от агрессии с Запада.

Попов В. Въезд Александра Невского в Псков после Ледового побоища

Попов В. Въезд Александра Невского в Псков после Ледового побоища

В основе деятельности Александра лежало осознание того, что вооруженна защита всем народом своей земли является важнейшим условием обеспечения ее независимости. Это и продемонстрировало новгородское ополчение на льду Чудского озера, принявшее на себя основной удар ливонских рыцарей и их вассалов и сокрушившее их. Мудрость Александра заключалась и в осознании того, что Монгольская империя – противник сильный и беспощадный. Русь же с ее разобщенными княжествами и воинскими силами, была не в состоянии дать отпор завоевателям. Из этих соображений и вытекала политическая линия князя – проявлять максимальную осторожность в переговорах с ордынцами, восстановить разоренные русские княжества и копить силы для освободительной борьбы.

Возможности для нее были созданны только более чем через 100 лет после смерти Александра Невского в 70-х годах XIV столетия. За это время его прямыми потомками проводилась работа по собиранию разоренных и разобщенных русских земель в единое государство.

Начал этот процесс младший сын Александра Невского – первый московский князь Даниил, собиравший буквально «по крупицам» близлежащие к Москве княжества. Его сын – Иван I Калита, обеспечил стабильность и безопасность развития Московского княжества, ставшего в период его правления не только политическим и экономическим, но и духовным центром Северо-Восточной Руси[17]. Это в свою очередь обеспечивало привлечение в Москву населения других русских княжеств, уставшего от набегов и княжеских междоусобиц[18].

И уже в период княжения Дмитрия Ивановича (Донского), внука Ивана Калиты, Русь оказалась в состоянии бросить вызов Орде и одержать победу над ее войсками.

Первое поражение ордынским войскам было нанесено объединенное московско-рязанское войско в 1378 году на реке Вожа в Рязанском княжестве.

Кроме того, татары не могли не чувствовать растущей силы Руси, и разгром Бегича – лучшего военачальника на реке Воже – встревожил их окончательно. Фактический правитель Золотой Орды эмир Мамай собрал огромную армию с целью нанести упреждающий удар и разбить «урусов», пока они не встали на ноги крепко. Но было уже поздно. На борьбу с ним поднялась практически вся Русь.

В большинстве княжеств, союзных Московскому, начали формироваться ополчения на борьбу с ордынцами. В ряды московского войска пришло и новгородское ополчение, вопреки воле своих феодалов. Присоединились к Москве также ополчения городов Юго-Западной Руси – Великого княжества Литовского и Русского под командованием князей Дмитрия и Андрея Ольгердовичей. Примечательно, что их старший брат Ягайло, ставший в последующем первым королем Речи Посполитой, шел в это время на соединение с Мамаем.

Бубнов А. Утро на Куликовом поле

Бубнов А. Утро на Куликовом поле

8 сентября 1380 года на Куликовом поле Золотой Орде произошло судьбоносное для России сражение. Русские войска, основу которых составляло народное ополчение как Северо-Восточной, так и Юго-Западной Руси нанесло сокрушительное поражение Золотой Орде и ее союзникам. Это было крупнейшее сражение средневековья. Важейшим его результатом стало то, что монголо-татарской империи был нанесен удар, после которого она уже не могла оправиться и стала стагнировать.

В то же время для русских княжеств  Куликовская битва стала переломным событием в освобождении от монголо-татарского ига. Весть о том, что «Русь великая одолела Мамая на поле Куликовом» быстро разнеслась по всей стране и далеко за ее пределами[19]. Даже набег 1382 года золотоордынского хана Тохтамыша на Москву не уменьшил значения победы Руси на Куликовом поле. Войско Тохтамыша, взяв Москву, начало грабить близлежащие окрестности. Однако как только один из отрядов грабителей был разгромлен в районе Волоколамска, Тохтамыш спешно увел своих воинов в Орду, поскольку опасался встречи с русским войском, которое собрал и вел к Москве Дмитрий Иванович.

Окончательно же освобождение от монголо-татарского ига произошло в период правления Ивана III – государя Всея Руси. В 60-х годах XV столетия хан Ахмат решил восстановить господство Орды над Русью. Осознавая, что силами одной Золотой Орды этого достичь невозможно, он упорно искал союза с Речью Посполитой. Правивший в ней Казимир IV благожелательно отнесся к организации совместного похода на Русь. Но планы «коалиционеров» существенно скорректировал в 1471 году отряд вятских ушкуйников (добровольцы-воины на речных судах-ушкуях) внезапно напавший на столицу Орды Сарай. Кочевавшая в 50 – 100 километрах Орда не успела придти на помощь своей столице, а попытки перехватить удальцов провалились, они прорвались через татарские заслоны и ушли на Русь. Так впервые не русские города подверглись разграблению, а сам центр Золотой Орды.

Все этосвидетельствовало о том, что, времена нашествий на Русь уходили в прошлое. Возмездие надвигалось неотвратимо. Очевидным стало то, что на Руси есть силы, способные сбросить иго захватчиков, и эти силы являл собой сам народ готовый в любое время собраться для отражения внешней агресии.

Таким образом, именно народное ополчение – вооруженная защита всем народом своей страны явилась феноменом, предопределившим суверенное развитие России. В очередной раз это было подтверждено в ходе, так называемой Смуты начала  XVII века – периода тяжелейших испытаний российской государственности.

Как и ранее, кризисные процессы, спровоцировавшие ее,  были инициированы все тем же местничеством, борьбой различных политических кланов за власть, а применительно к событиям того времени – боярских. Начавшаяся после заката династии Рюриковичей в 1598 году, эта борьба достигла своего апогея после смерти Бориса Годунова в апреле 1605 года. Этим воспользовались как внешние, так и внутренние деструктивные силы.

С 1604 года началась польская интервенция в Россию с целью утверждения на российском престоле самозванца Лжедмитрия I. Практически одновременно с этим происходило крестьянское восстание под руководством И. Болотникова (1605 – 1607 годы), после подавления которого, в 1608 году началась уже вторая волна польской интервенции с целью насаждения России уже Лжедмитрия II, получившего в народе прозвище – «тушинский вор». Несмотря на сопротивление защитников Москвы 21 сентября 1610 года в Кремль в результате предательства боярской верхушки практически беспрепятственно вошел польский отряд численностью всего лишь 3,5 тыс. человек, усиленный 800 немецкими наемниками. С этого времени польское руководство, «сбросив маски» само стало претендовать на царский престол, намереваясь посадить на него сына польского короля Сигизмунда III – Владислава. Весьма неприглядным стало участие в этой авантюре 20-ти тысячного корпуса украинского казачества под командованием гетмана П. Сагайдачного ради обещанных им привилегий. В период с 1610 по 1618 годы в интервенции против России участвовала также и Швеция.

Все это в комплексе явилось серьезнейшим испытанием на прочность российской государственности. И едва ли какое-либо государство того времени способно было выдержать подобного рода испытания.

Россия выдержала, выдержала и победила. Более того, и Польша, и Швеция в последующем дорого заплатили за свою интервенцию. Как отметил по этому поводу английский историк А. Тойнби, «давление на Россию со стороны Польши и Швеции в XVII веке было столь яростным, что оно неминуемо должно было вызвать ответную реакцию. Временное присутствие польского гарнизона в Москве и постоянное присутствие шведской армии на берегах Нарвы и Невы постоянно травмировали русских, и этот внутренний шок подтолкнул их к практическим действиям … Понадобилось чуть более столетия, считая с подвигов Петра, чтобы Швеция лишилась всех своих владений на восточных берегах Балтийского моря, включая свои исконные земли в Финляндии. Что же касается Польши, то она была стерта с политической карты»[20]. В этих словах, безусловно, содержится объективная оценка событий начала XVII, предопределивших закономерное развитие и России и пытавшихся покорить ее Польши и Швеции.

Что же касается самой Смуты и ее преодоления, то бесчинства, грабежи и насилия поляков в Москве и других городах страны уже в мае 1606 года подвигли москвичей на свержение Лжедмитрия I и изгнание поляков из столицы. Это было одним из первых проявлений протестного движения, преобразовавшегося уже в 1608 году во всенародную национально-освободительную борьбу.

Большое значение в этом плане имела 16-месячная успешная героическая оборона Троице-Сергиева монастыря в 1608 – 1610 годах, так и павшего перед интервентами и их пособниками. С декабря 1610 года по всей стране стали распространяться воззвания Патриарха Московского и Всея Руси Гермогена с призывом к борьбе с польской интервенцией.

Все это явилось важнейшим стимулом для зарождения и развития партизанского движения на оккупированных полками территориях. Ряд городов восстал и не признавал власти польских властей. Города Ярославль, Кострома, Коломна и другие изгнали оккупационные администрации. Практически повсеместно интервенты получали повсеместный отпор.

А уже в 1610 году рязанским воеводой П.П. Ляпуновым было создано Первое народное ополчение, в которое вошли  представители различных сословий от бояр и дворян, до простых горожан, казаков и крепостных крестьян. И, хотя оно распалось в 1611 году, после неудачного восстания в Москве и убийства его самого в результате клеветнических писем поляков, тем не менее, оно сыграло свою роль в дальнейшем развитии всенародной национально-освободительной борьбы.

Уже в сентябре 1611 года началось формирование Второго ополчения сыгравшего решающую роль в освобождении Москвы и в целом страны от польских интервентов. Его рождение непосредственно связано с личностью Кузьмы Минина земского старосты Нижнего Новгорода. Авторитет Минина среди горожан был чрезвычайно высок, и он полностью его использовал при организации народного ополчения.

Кившенко А. Воззвание Козьмы Минина к нижегородцам. 1611 год

Кившенко А. Воззвание Козьмы Минина к нижегородцам. 1611 год

Как в древние времена, собрались нижегородцы на вече, на котором Минин произнес знаменитую речь: «Православные люди, похотим помочь Московскому государству, не пожалеем животов наших… И такая хвала будет всем нам от Русской земли, что от такого малого города, как наш, произойдет великое дело. Я знаю, только мы на это подвинемся, так и многие города к нам пристанут, и мы избавимся от иноплеменников»[21]. По призыву веча были собраны деньги, на которые снаряжалось пятитысячное ополчение, вошедшее в историю под именем Второго народного ополчения. Во главе ополчения по решению вече стал опытный военачальник, князь Д.И. Пожарский, непримиримый противник вражеской интервенции. К Нижнему Новгороду примкнули Вологда, Ярославль и другие города России. Дело, начатое нижегородцами, нашло отклик во всем русском народе.

В ратники ополчения вступили крестьяне, холопы, посадские и служилые люди – стрельцы, пушкари, казаки. Вместе с русским народом в ополчение вливались народы Поволжья – марийцы, татары, чуваши и другие. Был создан «Совет всея земли», где главную роль играли представители посадов, мелкого служилого дворянства и казаков. Ополчение обрело положение вооруженной силы и своего рода государственной власти.

В августе 1612 года Второе ополчение с частью сил, оставшихся под Москвой от Первого ополчения, разбило польскую армию под Москвой, а в октябре 1612 года – полностью освободило столицу от интервентов.

Таким образом, волна гражданского патриотизма, зародившаяся в регионах страны и преобразовавшаяся в народное ополчение, положила конец жульничеству компрадорской элиты и ее зарубежных кураторов. Кремль, Москва, большинство исконно российских территорий были освобождены от оккупантов и их пособников.

Лисснер Э. Изгнание польских интервентов из Московского Кремля в 1612 год

Лисснер Э. Изгнание польских интервентов из Московского Кремля в 1612 год

В тяжелой, кровопролитной борьбе с польскими и шведскими захватчиками русский народ отстоял свою национальную независимость. Этому способствовало стремление всех социальных слоев русского народа объединиться и очистить страну от интервентов. Россия в очередной раз подтвердила свое право на суверенитет, предопределив свое развитие на столетия.

Бочарников Игорь Валентинович

Источник: Добровольческое движение в России: история и современность / Всероссийская общественная организация ветеранов «Боевое братство», Научно-исследовательский центр проблем национальной безопасности И.В. Бочарников, А.И. Гушер, М.Ю. Зеленков, А.В. Манойло, О.А. Овсянникова. –М.: Издательство «Экон-информ», 2015.

 

[1] Изначально власть князя носила временный (только на период похода) характер, в последующем же она стала наследственной. – Прим. автора.

[2] Соколов Ю.Ф. Ратная слава Отечества (Военная история России IX – XVII вв.). М.: РАУ-Университет. 1999. С.19.

[3] Материалы по истории СССР. М., 1985, Вып.1. С.228.

[4] Греков Б.Д. Киевская Русь. М., 1953. С.329–330.

[5] Соколов Ю.Ф. Указ. соч. С.8.

[6] Поход князя Олега на Византию (907 г.) http://рустрана.рф/article.php?nid=9185

[7] Повесть временных лет. // Библиотека литературы Древней Руси. Т.1. СПб, 1997. (по списку Ипатьевской летописи).

[8] Князь Олег в ходе переговоров потребовал от Византии выплатить ему на каждого воина по 12 гривен и дать «уклады» на все русские города. То есть речь шла о военной контрибуции, которую победитель накладывал на побежденную сторону. Византийцы согласились и на предоставление ряда льгот русским купцам: право беспошлинной торговли в течение шести месяцев пребывания в Царьграде, бесплатное получение продовольствия и мытье в греческих банях. Кроме того, городские власти обязывались обеспечить купцов с Руси продовольствием и различным корабельным имуществом на обратный путь. – Прим. автора.

[9] Повесть временных лет. // Библиотека литературы Древней Руси. Т.1. СПб, 1997. (по списку Ипатьевской летописи).

[10] В этом же Договоре впервые официально было введено в оборот и само понятие «Русская земля». – Прим. автора.

[11] Греков Б.Д. Киевская Русь. М., 1953.

[12] Пашуто В.Т. Внешняя политика Древней Руси. М., 1968.

[13] По данным арабских географов, Семендер располагался где-то поблизости от Каспийского моря в 4 (8) днях пути от Дербента и 7 (8) от Итиля. Чаще всего Семендер отождествляют с более поздним городом Тарки (ныне одноимённое городище близ Махачкалы). Согласно другой точке зрения, он мог находиться в низовьях Терека у современного Кизляра. Дагестанский археолог М.Г. Магомедов предположил, что Семендером в разное время могли называться оба пункта. – Прим. автора.

[14] Самое большое количество походов пришлось на Переяславское княжество – 19, тогда как на Киев и Рязань приходилось всего по 4 похода. – Прим. автора.

[15] В конце XII века на территории Руси насчитывалось 15, а к середине XIII столетия – 50 полусамостоятельных и самостоятельных княжеств. – Прим. автора.

[16] Соколов Ю.Ф. Указ. соч. С.8.

[17] Это стало следствием того, что в Москву из Владимира была переведена митрополичья кафедра. Первым митрополитом, переехавшим в Москву, был Петр. – Прим. автора.

[18] Среди переселившихся в Московское княжество был и обедневший ростовский боярин Кирилл, сын которого Варфоломей при пострижении в монахи принял имя Сергия Радонежского (1314 – 1392 годы). – Прим. автора.

[19] Борьба Дмитрия Донского с Мамаем и Тохтамышем. Федеральный портал Protown.ru. http://www.protown.ru/information/hide/3690.html/

[20] Тойнби А. Постижение истории. М.: Прогресс, 1990. С.148.

[21] Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. http://www.magister.msk.ru/library/history/kostomar/kostom30.htm#1

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *